Журналистка на королевском отборе

– Тот факт, что вы взяли второе имя, никак не отменяет вашей принадлежности к роду Даркрайс. Вам нечего стыдиться, – принц поднес к губам мою ладонь, запечатлел на ней символический поцелуй и снова выпрямился. Только сейчас я осознала, что он выше меня почти на целую голову, а я, между прочим, по росту давно уже сравнялась с братьями и отцом. – Буду раз вновь увидеть вас вечером в часовне. Надеюсь, проповедь придаст вам сил.

В словах принца я услышала явную насмешку и не сумела сдержать веселой улыбки.

Еще раз присела в реверансе, проклиная извороты дворцового этикета, а когда поднялась, с облегчением выдохнула: принц уже развернулся и направился дальше по коридору.

Когда я повернулась к двери, горничная в синем платье встрепенулась, отчего ее светлые волосы блеснули шелком даже в полумраке, и открыла передо мной тяжелую створку.

– Меня зовут Амалия, госпожа. Я буду прислуживать вам во время отбора.

Я кивнула и вошла в спальню, которая с непривычки показалась мне очень тесной.

А я еще думала, что в трех комнатах на втором этаже старого городского дома слишком мало места!

Глава 6

Мое новое обиталище являло собой блестящий пример аскетизма: простая, хоть и широкая, деревянная кровать, устланная бархатным коричневым покрывалом, резной стол и стул, два шкафа для одежды, рядом с которыми стояли сундуки с не до конца разобранными вещами и дверь, ведущая, очевидно, в уборную. На этом убранство комнаты и заканчивалось. Несколько гобеленов немного оживляли унылый вид каменных стен и создавали впечатление, что кто-то пытался сделать это место уютным.

Когда дверь за спиной захлопнулась, по телу пробежала легкая дрожь. Мне никогда не нравились тесные помещения или давка в толпе, но если ко множеству людей на базарной площади я еще могла как-то привыкнуть за почти десять лет жизни в городе, то к узким каморкам испытывала стойкое отвращение.

Однако, преодолевая его, позволила горничной раздеть себя.

Ловкая девица почти силой затолкнула меня в ванную, которая оказалась еще меньше спальни, помогла умыться и сменить наряд. Потом я рухнула на стул, подкошенная приступом странной усталости, и Амалия засуетилась, развешивая по шкафам мои платья.

Не выдержав ее мельтешения перед глазами, я отослала служанку за чаем и прикрыла глаза, откинулась на деревянную спинку. Горло сдавила духота, но я знала, что если глубоко дышать, это пройдет. Надо отвлечься.