Утро вечера дрянее (сборник)

Он уставился на меня, словно мы были знакомы. Я намеренно не замечала его долгого пристального взгляда.

– Рудик прислал, – подобострастно улыбнулся Ежову, весь сжавшись в порыве самоуничижения, Женька, – знакомься, Никита.

– А сам Рудик? – снисходительно поинтересовался Ежов.

– Отдыхает, – ответил за Женьку Поплавский, – мы с ним вчера здорово накачались. Ну, ты-то меня знаешь, – гордо приосанился он, но тут же вновь развалился на стуле, – я наутро, как огурец. А вот Рудик…

Раздался ядовитый смешок.

– Ну, мы-то знаем, какой ты герой, – с холодной иронией откликнулся Ежов, бросив на Поплавского насмешливый взгляд, – ты, Никита, садись.

Оля, – вдруг обратился он ко мне, – как он тебе, нравится?

Последнюю реплику Ежов произнес развязным тоном. При этом манерным жестом приобнял меня за плечи и заглянул в глаза. Я попробовала высвободиться.

– Лешка где? – спросил у Женьки Ежов.

– Тел… то есть девчонками занимается.

– Пойду проверю, – осушив еще один фужер шампанского, Ежов развинченной походкой направился к сцене.

Женька и Никита лениво поплелись за ним.

– Все-таки вы, деятели шоу-бизнеса, – жеманно улыбнулась молчавшая до сих пор Бригитта, – иногда бываете такими грубыми!

Она брезгливо выпятила густо накрашенные губы и стрельнула глазками в Поплавского. Но тот явно не был сторонником геронтофилии, скорее наоборот – поклонником буйно цветущей юности.

– Ой, матушка, – фамильярно похлопал он ее по голой спине, так что она скорчила недовольную мину, – не иногда, а почти всегда.

А что делать? – бросил он на меня полный сожаления взгляд, – работа такая. Сплошные допинги, грубости, истерии…

– Что нам готовят мальчики? – с материнской интонацией в голосе осведомилась Бригитта.

– Композиции с последнего диска, насколько я в курсе… – небрежно произнес Поплавский.

– А «Я тебя не скоро разлюблю» там есть? – с наивным интересом спросила Бригитта.

– Есть, – еще более вальяжно раскинул свои члены на стуле Поплавский. – Черт, стулья неудобные здесь! Игорь, – крикнул он в глубину темного зала, – кресло мне принеси!

Я заметила в дальнем правом углу высокую фигуру, которая мгновенно отделилась от толпы одетых во что-то пестрое и блестящее девиц и поспешила за кулисы.

– Ну, когда же они начнут? – нетерпеливо заерзала Бригитта, трогательно и неуклюже разыгрывавшая из себя маленькую девочку.

– А что нам, плохо, что ли? – загоготал Поплавский.

Он разлил по бокалам шампанское и весело поднял свой.