Виртуальная подружка

Ты как насчет покера?

18:28:21 OPER: ЛИЧНО MONTE-KLARA: Легко! Не вопрос вообще! А какое это имеет отношение к сексу?

18:28:36 MONTE-KLARA: ЛИЧНО OPER: Ты откуда такой озабоченный?

18:28:43 OPER: ЛИЧНО MONTE-KLARA: Город Тарасов.

18:28:51 MONTE-KLARA: ЛИЧНО OPER: О'k! Земляки, значит. Может, в следующий раз на пару в казино прогуляемся? Пришли свой электронный адрес. Как соберусь, отпишусь.

– Ох! Тоска серо-буро-малиновая! Одни дебилы малолетние! – жалобно потянул носом Павел и рьяно защелкал мышкой.

– Павлик, кончай служебный трафик транжирить. Кошелев из тебя коврик подмышечный сделает. – Я встала из-за стола, без особого энтузиазма разминая ноги, и с ленивым любопытством заглянула ему через плечо, читая всю эту галиматью.

С тех пор, как на моем компьютере появился Интернет, Павел, и раньше большую часть времени проводивший в моем кабинете, просто перестал из него выходить. Я имею в виду из кабинета. Хотя и из Интернета тоже. Мало того, что мерзавец оккупировал самое удобное кресло, так теперь он его – и ведь не поленился, что удивительно! – подтащил к столу и часами просиживал, самозабвенно пялясь на монитор.

– Ничего! С Кошеля не убудет, а законопослушные трудяги после отбывания добровольной восьмичасовой трудовой повинности имеют полное право оправиться и покурить.

– Сударь! Да есть ли у вас стыд? – возмутилась я. – О какой такой повинности смеете вы заикаться, когда мы уже целую неделю курим бамбук!

В последнее время дела не ладились. Не то чтобы моя передача, пардон, наша передача «Женское счастье», будь она неладна, теряла рейтинг, просто давно не удавалось сработать ни одного порядочного сюжета.

Тут я с Пашкой полностью согласна – тоска… Сюжеты эти были интересны разве что сытым домохозяйкам, трясущимся над своими благоверными и не знающим, на что еще потратить приносимые ими деньги, да заслуженным ровесницам Мафусаила – гордостью города. Евгений Иванович Кошелев, родное наше начальство, дай ему бог долгих лет жизни, ангельского терпения и частых приступов альтруистической любви к своим нерадивым подчиненным, ходит хмурый, словно туча над границей, цедит сквозь зубы «всех уволю» и с досады шлепает по стенам телецентра полусонных осенних мух свернутым в трубочку рекламным проспектом. Лера, помощница режиссера и моя ассистентка, носится по всему Тарасову, как колибри с подпаленным хвостом, в поисках достойной героини, даже про свое раздельное питание пополам с сыроедением забыла.