В пекло по собственной воле (сборник)

Тоже мне – генерал-майор! Карлсон-переросток! Мне остается ответить только: «Ну, погоди!» Ничего, ребята! Сейчас я вас развеселю! А то что-то мы с вами заскучали!»

– Согласитесь, с моей стороны было бы наивно верить вам на слово, – заявила я Менделееву, – что вы именно тот человек, за кого себя выдаете. С составом пассажиров самолета были всякие неожиданности. Вы можете доказать, что вы – на самом деле Николай Яковлевич Менделеев, генерал-майор МЧС?

Мой вопрос его обескуражил и еще, показалось мне, – насторожил.

Говоря о неожиданностях с составом пассажиров самолета, я-то имела в виду, что в их числе совершенно неожиданно для меня оказался он, Менделеев. А вот что подумал он, услышав мой вопрос? Но мой интерес к его личности явно не понравился ему.

– Пожалуй, я был не прав, – усмехнулся он. – Вы не птаха, вы – оса, которая раздражена и жалит всех, кто под руку попадется. Но ситуация у меня сложная. Документов у меня нет. Как видите, пиджак мой остался в самолете вместе со всеми бумажками, которыми я мог бы подтвердить свою личность.

Ну что ж! Придется мне довольствоваться пока званием мужчины средних лет, плотного телосложения, высокого, красивого, но… со сломанной ногой и неустановленной личностью.

«Так-то лучше! – подумала я злорадно. – А то – «я могу…», «сомнительное удовольствие…» Генерал-майор он, видите ли! Может быть, еще и обращаться к вам по форме прикажете?»

– А у этого якобы пилота потерпевшего катастрофу самолета есть какие-нибудь подтверждения, что он именно Анохин? – продолжала я расставлять роли в нашей тесной вынужденной компании.

 – Вашего утверждения, что это именно так, теперь недостаточно, поскольку вы сами – неустановленная личность.

Человек в летной рубашке вскинул голову, послал Менделееву ненавидящий взгляд и вытащил из кармана брюк бумажник. Покопавшись в нем, он достал слегка подмоченную картонку с фотографией и протянул мне. На ней было написано:

«Пропуск. Выдан Анохину Арнольду Аркадьевичу, пилоту гражданской авиации санкт-петербургского летного отряда.

Действителен по…»

Дальше шли какие-то неразборчивые каракули и дата – что-то вроде «декабрь 1999 года».

– Куда пропуск? – спросила я.

– На летное поле санкт-петербургского авиаотряда, – быстро и с готовностью ответил он.

– Хорошо, Арнольд Аркадьевич, – сказала я, давая понять, что удовлетворена этим документом. – Вы можете подтвердить личность этого человека?

– Нет! – воскликнул Анохин, сверкая глазами на Менделеева.