В пекло по собственной воле (сборник)

Вы с этим, надеюсь, согласны?

Менделеев секунду подумал и кивнул в знак того, что не возражает. А что еще он мог предложить? Сейчас явно проигрывал мне в активности и просто вынужден был соглашаться на мои предложения.

– Тогда логика ситуации требует, чтобы я начала с себя. В конце концов, это я без всякого приглашения ворвалась в вашу компанию и нарушила ваш приятный ли, неприятный ли, но тет-а-тет на борту затонувшего самолета…

Менделеев хмыкнул. Он явно не возражал.

– Меня эпизод с дракой интересует прежде всего с профессиональной точки зрения, – начала я свои объяснения.

 – В первой группе спасенных пассажиров была женщина, которая сообщила нам…

– Кому это нам? – перебил меня Менделеев.

– Чтобы задавать подобные вопросы, – отрезала я, – вы должны иметь на то полномочия, а они у вас пока еще весьма сомнительны. Но отвечу на ваш вопрос единственным возможным в данной ситуации способом – сообщила мне и моим коллегам. Вас это устроит?

Менделеев недовольно фыркнул, но промолчал.

– Итак, сообщила нам, – продолжала я, – что в салоне самолета произошла драка, в которой участвовали вы… – Я указала на Менделеева. – Причем ошибиться тут было невозможно, поскольку вашу внешность она описала очень живописно и даже экспрессивно… По ее словам, в драке участвовали три человека. Вторым были вы, Анохин…

– Она врет! – нервно перебил меня пилот. – Вы не имеете права!

– Вы тоже никаких прав тут не имеете! – перебила я в свою очередь. – Даже права на адвоката.

Разве что поищете его среди каспийских селедок. Не желаете с ними пообщаться?

Анохин молчал. Видно, я производила на него довольно устрашающее впечатление.

– А раз не желаете, – продолжала я, – то и помалкивайте насчет того, кто какие права имеет. Лучше ответьте еще раз и хорошо подумав – участвовали вы в той драке или нет? Имейте в виду, что если я та, за кого себя выдаю, то мои показания будут рассматриваться в официальном расследовании причин катастрофы. От расследования вы, как пилот самолета, не отвертитесь.

Тем более что есть еще второй пилот… Простите, я имела в виду – первый пилот, который тоже может дать свои показания, и они должны будут точно соответствовать вашим.

Не знаю, правильно ли я сделала, упомянув первого пилота, который так и остался скорее всего в рулевой кабине самолета и никогда не сможет дать показания. Но Анохин посмотрел на меня враждебно и как-то злорадно. Я думаю, он знал, что первый пилот мертв.