Безрассудство

– Знакомая ситуация, – сухо заметил Габриэль.

– Конечно. Мой друг отправился в Южные моря, чтобы там составить себе состояние и, вернувшись, просить моей руки. Но он не вернулся. До меня дошли слухи, что он погиб от руки пирата.

– Боже мой, вы что, хотите, чтобы я нашел этого пирата? В таком случае сообщу вам новость: это невозможно. Я провел восемь лет в Южных морях и доложу вам: те моря так и кишат убийцами.

– Вы меня не дослушали, – ответила Феба. – У меня есть все основания полагать, что убийца сейчас находится в Англии.

Во всяком случае, в Англию вернулся тот, кто очень хорошо с ним знаком.

– О Боже! Откуда такие сведения?

– Когда мой друг отправился искать счастья, я подарила ему свою любимую книгу. Он не мог ни продать, ни подарить ее другому. Это был единственный залог нашей дружбы.

Габриэль замер.

– Что же это за книга?

– Прекрасный экземпляр «Дамы на башне». Вы слышали о ней?

– Черт побери!..

– Вы о ней слышали? – взволнованно повторила Феба.

– Существует несколько экземпляров рукописи, – сказал Габриэль.

 – Какая была у вас – французская, английская, итальянская?

– Французская, с превосходными иллюстрациями. Еще более красивая, чем «Рыцарь и колдун». Так вот, до меня дошли слухи, что «Дама на башне» вернулась в Англию. Следовательно, она находится в чьей-то частной библиотеке.

Габриэль пристально посмотрел на нее.

– От кого же вы услышали об этом?

– От знакомого книготорговца с Бонд-стрит. Ему рассказал о книге один солидный клиент, а тому, в свою очередь, начинающий коллекционер из Йоркшира.

– Почему вы решили, что речь идет о вашем экземпляре?

– По словам книготорговца, это французская версия легенды и на колофоне стоит имя Гийома Анжуйского. Моя копия тоже принадлежала ему. Сэр, я должна найти рукопись.

– Вы думаете, если вам удастся вернуть книгу, вы отыщете убийцу вашего возлюбленного? – тихо спросил Габриэль.

– Да.

Феба отчаянно покраснела, услышав слово «возлюбленный», но сейчас вряд ли стоило объяснять, что они не были любовниками.

Нил был ее верным и преданным Ланселотом, и его любовь была благородной и чистой. Он всегда держался на почтительном расстоянии и просил лишь позволения служить своей Даме, как служили настоящие рыцари средневековья.

Именно потому, что она испытывала по отношению к Нилу только нежные чувства, она винила себя в его смерти. Если б она любила его по-настоящему, то просто не послушалась родных и вышла бы за него замуж.