Родное сердце

Я из семьи врачей.

Тут Светлана почти не соврала. Отец был бизнесмен, но мама врач анестезиолог. Девушка глянула на парня: тот пружинистой походкой вышагивал рядом и выглядел как… Да, он выглядел как мечта любой девушки. Одет не богато, всё в те же джинсы и косуху из кожзама, но как же он красив. Под ложечкой засосало, и Света впервые в жизни ощутила, что готова кинуться в омут с головой.

– Зайдёшь? – спросила она, почему-то краснея, когда подошли к подъезду.

– Девушка, которая имеет постоянного мужчину, не может так краснеть, – усмехнулся он, погладив её щёку кончиками пальцев.

– А ты многих женщин знаешь? – усмехнулась она.

– Свет, мне двадцать лет, а не десять. Я не ловелас, но и не девственник, причём давно. У меня три месяца никого не было. Поэтому если не хочешь секса, не стоит звать меня к себе. Ты мне понравилась, и я не стану врать, что хочу тебя. Только я не уверен, что ты этого хочешь. Поэтому давай сейчас по домам. В субботу сходим в кино. Я приглашаю. Мне как раз заплатят гонорар, – ответил Куницын.

– Я давно не была в кино.

– Видишь, как сошлись звёзды. Теперь ты просто обязана обменяться со мной телефонами.

– Хорошо. Позвони мне, я продиктую номер.

Виктор сделал вид, что не заметил её дорогого телефона. Он быстро набрал номер девушки и услышал незамысловатую детскую песенку. «Какой же она ещё ребёнок в душе», – подумал он. Потом убрал телефон в карман и быстрым движением притянул к себе.

Быстрый поцелуй обжёг губы и оставил на них привкус мяты.

Это было неожиданно и сладко.

– Прости, не удержался, – Виктор, тяжело дыша, прижался своим лбом к ее. – Ты мне правда нравишься, Свет. Давай встречаться. Только не надо сейчас говорить, что ты старше меня. Ничего не хочу слушать. Не отвечай сейчас, подумай до субботы. Кино выбери сама. С тобой я готов смотреть любую муть.

– Хорошо, я подумаю, – девушка невольно облизнула губы.

– Да что ж ты делаешь, а?! – воскликнул парень и снова приник к её губам.

На этот раз поцелуй был неистовый и страстный.

Одной рукой Виктор обхватил девушку за талию, а другой зарылся в волосы на затылке, притягивая к себе. Парень облизал её губы, всосал нижнюю половинку, а потом ворвался в приоткрывшийся рот языком.

В венах забурлила лава. В висках застучало. Кровь хлынула к паху со скоростью молнии. Виктор вылизывал её сладкий рот и чувствовал, что дуреет, будто пережрал самой отборной дури. Это не по плану. Так не должно быть.