Сердце дракона

Утонченные, воспитанные в правилах подчинения и уважения к супругу. Но… Они словно неживые… Представить не могу, где найти тебе более-менее подходящую жену. Однако, безвыходных ситуаций не бывает. Мы обязательно что-то придумаем, друг мой. Ты знаешь, главное верить, и все получится.

Лорд Эридан молча кивнул головой, все так же, не отрывая взгляда от вида за окном. Благо, располагался там сад. Городской особняк герцога находился в самом удобном месте столицы, у набережной, которая омывалась водами главной реки их земли.

Поэтому, за раскидистыми яблонями, сквозь резную чугунную решётку виделась приятная глазу серебристая гладь.

– Пойду, Эр. Матушка ждёт. Обещался её проведать.

Эридан снова молча кивнул.

Арак Саматис, виконт де'Гранди вышел на улицу, на ходу натягивая перчатки. Он был задумчив и опечален. Его, на самом деле, расстраивала ситуация, сложившаяся в жизни друга.

– Господин хороший, подай серебра.

Блондин остановился. На тротуаре сидела нищенка. Это было так неожиданно, что зеленоглазый красавец несколько мгновений разглядывал молодую ещё женщину, одетую в какие-то лохмотья, так пристально, будто она вот-вот испарится.

Их страна, великая империя Файрис, процветала, и бедность отсутствовала, как явление. А тут – нищенка. Вполне себе реальная, настоящая.

– Что смотришь, господин? Пожалел денежку?

– Нет. Деньги лишь металл. Что их жалеть? Интересно стало, откуда ты? Сказал бы «матушка», да больно молода.

– Откуда? – нищенка улыбнулась, задорно блеснув глазами, – Так много, где была.

Весь мир мой дом. А ты как-то опечален. Почему? В расцвете сил, хорош собой, женщинами любим. О чем думаешь, красавец?

Арак присел напротив побирушки, не замечая, как полы светлого пальто подметают мостовую. Ему почему-то хотелось видеть её глаза. Хорошо видеть, напротив своих. Нищенка смотрела открыто, совсем не похоже на то, как по представлению виконта, смотрят люди, не имеющие дома, родных и средств к существованию.

Это удивляло.

– Опечален? Возможно. Переживаю за друга.

– Друг – это хорошо. Друзья большая ценность. И что с ним?

– Вынужден поступить против своей сути.

– Откуда же тебе известно, милый, какая его суть? Того никто знать не может. Даже он сам. А ещё скажу, красивый, если кажется, будто нет выхода, значит просто не в ту сторону пошёл. Миры большие. Их много. То, что видится ужасным здесь, иногда ценится дороже золота в другом месте. И наоборот.