Брак под короной

Мне не хотелось ни с кем делиться своим спутником, в эти последние наши часы вместе я хотела получить впрок еще немного положительных эмоций.

– Кофе или что-нибудь покрепче, Эллен?

– И то, и другое, – улыбнулась я. – Пожалуй, мне бы хотелось попробовать знаменитый коктейль Джеймса Бонда. Водка и мартини, смешать, но не взбалтывать. Это возможно?

– Почему нет? – спросил Анри и жестом подозвал официанта. – Надо же, вы, оказывается, поклонница Джеймса Бонда. Вот уж не думал… А я, пожалуй, выпью немного коньяка.

Сниму стресс. Я очень испугался за вас сегодня, Эллен.

Я улыбнулась ему. Мне совершенно не хотелось говорить ни о стрессах, ни о страхах, ни о неприятных вещах типа взрывающегося шоколада. Мне хотелось немного тихого и спокойного счастья, которое, как я подозревало, в Москве мне вряд ли доведется испытать. Во всяком случае, в обозримом будущем.

– Я не очень большая поклонница агента 007, – сказала я, отхлебывая принесенный мне официантом коктейль, – я просто очень любопытная.

Во все норовлю сунуть нос. И чаще всего – разочаровываюсь. Нет, вермут надо пить с апельсиновым соком, а водка вообще – гадость. Интересно, сколько людей попалось вот так же на удочку этому суперагенту?

– Думаю, немало, – улыбнулся Анри. – Не пейте, если не нравится, закажем что-нибудь еще.

– Нет, это уже дело принципа. Сказавши «а»…

– Нужно сказать «б», – продолжил Анри. – Поэтому после ужина, мадам, мы отправимся к вам в отель, и я с вас глаз не спущу до тех пор, пока не посажу в самолет.

Заметьте: я не спрашиваю вашего разрешения на эти действия, просто ставлю вас перед фактом.

Если он думал, что я буду возражать, то ошибся. Скорее я обрадовалась тому, что последние мои часы в Париже будут проведены в таком обществе. А выспаться и в Москве успею, ничего страшного.

За ужином мы перебрасывались какими-то светскими фразами, но думали, как мне показалось, каждый о своем. Я – о том, как мне сейчас хорошо, и что Аську я ругать особенно не буду.

Она же не виновата, что ее преследователи оказались такими поганцами. О чем думал Анри? Я льстила себя мыслью, что обо мне, но не слишком при этом обольщалась. Скорее всего, он думал о своих собственных делах.

К концу ужина официант вместе со счетом принес фантастической красоты коробку конфет. Я даже умилилась: оказывается, мой поклонник запоминает все свои обещания, да еще и выполняет их.