Императрица по случаю

Бедняжка, как же его измучила та, в чье тело я попала, своей инфантильностью и застенчивостью! Тут любой станет на придворных дам заглядываться.

Я опустила глаза и с лукавой улыбкой сказала:

– Только господину Роджерсону не говори. А то он начнет опять все запрещать, а я так по тебе соскучилась.

Как мы не своротили столик с посудой – непонятно. Александр вскочил и бросился меня обнимать. Ну и целовать тоже, естественно. А в моем новом теле проснулись прежние ощущения: с темпераментом у меня проблем никогда не возникало.

Застывшую в дверях соляным столпом Катерину мы оба заметили слишком поздно. Что характерно, смутился только Александр, мне же стесняться было нечего: не с полюбовником, чай, милуюсь, с законным супругом.

– Ну, до вечера, ангел мой, – скороговоркой бросил он и сбежал.

Похоже, мы были достойной друг друга парой по части стеснительности.

– Княгинюшка, – очнулась от столбняка Катерина, – господин доктор пожаловал. Звать?

– Зови, конечно, – весело откликнулась я.

 – Кофе пока не убирай, может, я еще чашечку выпью.

Господин Роджерсон обнаружил меня стоящей возле кресла и ахнул:

– Как, ваше высочество, вы уже изволили встать?

– Я прекрасно себя чувствую, господин доктор. Конечно, я не собираюсь пока покидать свои комнаты, но вот мы только что позавтракали вместе с Великим князем… Кстати, не хотите ли чашечку кофе?

– Вы слишком любезны, ваше высочество, благодарю, – пробормотал совершенно смущенный врач. – Я уже пить сегодня.

Ну, как угодно.

Уж не знаю, принято ли тут распивать кофе с лечащим врачом, но для меня всегда было естественно предложить замученным пациентами участковым врачам кофе или чаю. И многие соглашались, кстати. Но здесь явно свои порядки. Да и вообще – начнут сплетничать, что у меня особые отношения с доктором. Читывали исторические хроники, знаем, сколько собак на безвинную Елизавету повесили.

Господин Роджерсон остался чрезвычайно довольным состоянием свое пациентки. Пульс – наполненный, не частит, а, наоборот, бьется ровно.

Дыхание – глубокое и чистое, никаких признаков лихорадки. Цвет лица улучшился. Ну, а про аппетит он не спрашивает, и так видно, что я не страдаю от его отсутствия.

– День два-три комната, потом можно короткая прогулка. Сильное питание, хорошо для крови непрожаренное мясо. Бульон крепкий – каждый день. Бокал красного вина…

Здешняя диета мне как-то сразу понравилась. Ничего из привычного набора «исключить острое, жирное, жареное».