Одинокая волчица. Том второй. Императрица

Он достал из кармана визитную карточку и написал на ней несколько слов, а потом протянул ее Боссу.

– Положи это ей куда-нибудь, куда она чаще всего заглядывает. Может, вспомнит, когда проспится. Или позже…

На карточке было написано: «Вы можете всегда на меня рассчитывать».

– Это еще зачем? – удивился Босс.

– Ты нас познакомил? Познакомил. Прекрасно. Больше нам с ней видеться ни к чему. А завтра или даже сегодня, когда проспится, она может меня и не вспомнить, неужели ты этого не понимаешь? Если, не дай Бог, я понадоблюсь, она меня позовет.

Сама. Твоя рекомендация только все испортит. Она ведь дьявольски упряма, нет?

– Это еще мягко сказано, – вздохнул Босс. – Так, девушка готова. Не оставлять же ее тут…

– Конечно, нет, – пожал плечами Лев Валерианович. – Показывай дорогу.

Он без особого усилия поднял Ирину на руки и отправился к двери. Босс осмотрел на него с откровенной завистью, в очередной раз вздохнул и поплелся показывать дорогу в спальню Ирины. Там они поручили все заботы горничной и молча вернулись в столовую.

В молчании разлили по рюмкам зубровку и выпили, не закусывая.

– Такую женщину действительно надо держать на цепи, – произнес наконец Лев Валерианович. – Одно слово – пантера.

– Цепь она перегрызет, – отозвался Босс. – Ну, так как? Выполнишь мою просьбу?

– Только потому, что просишь ты, – медленно сказал Лев Валерианович. – Любому другому я бы отказал, не задумываясь. Никогда не любил русскую рулетку. Как тебя угораздило?

– Наверное, это любовь, – пожал плечами Босс.

 – С ней мучаюсь, без нее страдаю. Пока она была в Швейцарии, чуть с ума не сошел от тоски. Вернулась – почти спятил от ее штучек. Сегодня она еще тихая.

Лев Валерианович отделался неопределенным междометьем. Перед глазами у него стояла Ирина в тот момент, когда она появилась в дверях столовой. Удивительная, дикая красота, шалые зеленые глаза, чувственный рот. А ноги! И ведь знает, чертовка, свою силу. Безумие, конечно, но эта женщина его по-настоящему взволновала.

Хотя лично он всегда предпочитал совершенно иной тип женщин: миниатюрных блондинок, пассивных, покорных, а главное – молчаливых. Они изредка появлялись в его спальне и очень быстро бесследно оттуда исчезали. Но эта оторва… Стерв он укрощать умел, только не любил. Что ж, для разнообразия, пожалуй, можно попробовать.

Он украдкой бросил взгляд на старинного приятеля. Недомерок, урод, соплей перешибить можно – и такая жена.