Подмененный император. Альтернативная история

Интересно, тут у них завтрак полагается в постель или куда-то надо еще идти? Времени-то почти семь часов…»

Как бы в ответ на его мысли часы прозвонили семь раз и на последнем ударе дверь начала приоткрываться. Пётр замер, боясь шелохнуться.

В комнату бочком просочилась фигура невысокого полноватого мужика средних лет в белом завитом парике и какой-то диковиной одежде: штаны до колен, на ногах – чулки и туфли с пряжками, одет в какой-то пиджак типа камзола. Кто таков?

– Изволили проснуться, ваше императорское величество? – сладким голосом произнес посетитель.

 – Что-то раненько вы сегодня. Головка беспокоит?

Слава Богу, говорил он по-русски.

– Беспокоит, – мрачно ответил Пётр. – И не только головка. Кстати, с ней-то что?

– Изволили запамятовать, государь Петр Алексеевич?

– Изволил. Я вообще ничего не помню.

– Лошадь-то понесла, когда вы с младшим Меньшиковым гонки устроили. Ну и ваше величество не усидели в седле-то. Слава Богу, легчайше отделались, там рядышком здоровый валун валялся.

Вот ежели бы об него…

«Значит, я просчитал верно, – подумал Пётр. – Отрок-император, твою же дивизию! Что же мне теперь, перед Меньшиковым на задних лапках ходить, да потом еще с его дочкой обручаться? Вот это вряд ли…»

– Ты-то кто? – довольно грубо спросил он.

Круглое лицо посетителя омрачилось неподдельной печалью.

– И меня забыли, Пётр Алексеевич, светик наш? Ой, беда! Андрей Иванович я, Остерман, воспитатель ваш.

Это была хорошая новость. Остерман, кажется, был единственным человеком в этом гадюшнике, искренне привязанным к юному императору.

– Теперь вспомнил. Андрей Иванович, а почему я такой грязный?

Глаза Остермана расширились от изумления.

– Так ведь… ваше императорское величество… мытье-то не особенно жалуете… Ругаться изволите, ежели предлагают. Гневаетесь даже сильно.

Ну, это, по крайней мере, естественно. Ни один нормальный мальчишка мыться не любит. Только придется привычки менять, Петруша, негоже, чтобы от императора козлом несло.

– Больше не буду гневаться, Андрей Иванович.

Наоборот: распорядись, чтобы мне в спа… в опочивальню каждое утро ставили ведро ледяной воды и таз. Как Александру Македонскому.

– Слушаюсь, – поклонился совершенно опешивший Андрей Иванович. – Только ваше императорское величество сегодня переезжать собирались…

– Куда еще?

– Так Светлейший приказал, чтобы вы у него проживали…

– Светлейший – это кто? – холодно осведомился Пётр, хотя и сам примерно догадывался.