Жизнь за корону

Да что армия! Император с воодушевление подверг самой настоящей муштре и сугубо гражданское население: заставил коротко стричь волосы, запретил одежду «на французский манер», требовал, чтобы при встрече с императором на улице и мужчины, и женщины выходили из экипажей и приветствовали суверена глубоким поклоном, стоя хоть в грязи, хоть в луже, хоть в снегу. Вольнодумцев или рассеянных хватала полиция и сурово наказывала. Вскоре улицы столицы стали пустеть в час царской прогулки.

А вот солдатам стали чаще раздавать хлеб, мясо, водку, деньги.

Наказания, порка, аресты и даже ссылки били главным образом по офицерам; для этого достаточно было тусклой пуговицы, не в лад поднятой при маршировке ноги! Наказания сыпались градом. Тех, кто осмеливался защищаться, ждала отставка, изгнание, ссылка в Сибирь…

Число сосланных увеличивалось с пугающей быстротой, везде – при дворе, в городах, в армии, в самых отдаленных уголках Империи – царил страх. Никто не знал, что его ждет завтра.

Но это все было сравнимо с чудачествами самодура-барина в своем поместье.

А вот на внешней политике перепады настроения императора и постоянно менявшиеся планы приводили в ужас мировую дипломатию. Иностранные книги и платье были им запрещены, а граница закрыта.

Предлагая другим государям вступить в «дружеский союз» с Россией, он предлагал тем, кто уклонялся или отказывался от этой чести, решить спор в рыцарском поединке. Он послал в Эгейское море черноморскую эскадру адмирала Ушакова, которая заняла Ионические острова, высадила десант в Южной Италии и захватила в 1799 г.

занятый французами Рим. Суворов, жаждавший помериться силами с Бонапартом, был возвращен из ссылки. Во главе русских и австрийских войск он занял Турин и Милан, разбил французских генералов Моро, Жубера и Макдональда. Затем он перешел через Альпы у Сен-Готарда, однако поражение армий Корсакова и принца де Конде заставило его отступить и стать на зимние квартиры в Баварии.

Тем временем между Россией и Австрией возникли споры. К тому же англичане отказались передать России остров Мальту, что вызвало ярость Павла I, принявшего к тому времени титул великого магистра ордена Святого Иоанна Иерусалимского.

Его дикая ненависть к Бонапарту превратилась в страстное обожание; полное презрение уступило место горячему восхищению. Император разорвал дипломатические отношения с Лондоном, а чтобы окончательно унизить высокомерную Британию, задумал осуществить совместную с Бонапартом кампанию по завоеванию Индии.