Свинка Апельсинка и лето

– В сарае? – ужаснулась поначалу мама, – мой сын проведёт лето в сарае?

– Это очень удобный сарай, – возразил Шпатель, – у него крепкая крыша и дощатый пол. В сарае есть окно, из окна виден лес. Там нет печки, но летом она не нужна. Мой сарай очень просторный, однажды в нём разместились двенадцать персон.

Господин Шпатель не сказал, что двенадцать персон были гномами. Они учились у Шпателя делать игрушки. Это было раньше, когда Шпатель был лучшим мастером игрушечного дела. Собственно говоря, сарай и был мастерской доброго Шпателя.

Было решено, что Апельсинка и Гвалт поселятся в сарае.

Мама собирала вещи. Оказалось, что Гвалту совершенно необходимы два чемодана одежды и оцинкованная ванна.

– Мама, – возражал Гвалт, – у меня всего две ноги. Зачем мне семь пар обуви? Брюки я просто не смог сосчитать! И я не могу взять ванну. Мы с Апельсинкой решили поехать на моём велосипеде. Если я прикреплю ванну на багажник, то буду похож на странствующую черепаху и Апельсинке не хватит места.

– Она могла бы лететь следом, – робко предложила мама.

– Ну как ты не понимаешь. Мы – друзья, и хотим поехать вместе.

В конце концов мама сдалась. Мамам часто приходится сдаваться.

Ещё неделю мама и Гвалт кружили около багажа. Было это так: утром мама решительно направлялась к готовому лопнуть чемодану, выуживала из него трёхлитровую банку грунтовки для холста, укладывала на её место резиновую грелку и спешила на работу. После её ухода Гвалт пристраивал в другой чемодан коллекцию минералов и вытаскивал из него валенки.

Мама возвращалась уже догадываясь, что среди багажа, уютно приткнувшись за фильтр в аквариуме, её ждёт сомик по имени Тихоня. Кружение продолжалось.

Папа Гвалта и свинка наблюдали за сборами. Сначала они радовались, что ничего не смыслят в чемоданной суете, а потом недоумевали, как вообще некоторым людям удаётся отправиться в путь. Оба они знали, что путешественники бывают. Путешественники такие же настоящие, как и Дед Мороз.

Свинка не выдержала после обеда, в воскресенье.

Апельсинка ворвалась в комнату Гвалта, прервав ежедневный ритуал переустройства чемоданов, и обратилась сразу к своему другу и его маме:

– Отправляемся немедленно. Я поговорила с твоим велосипедом, Гвалт. Он так соскучился по дороге, что не может больше ждать. Если мы не выедем через полчаса, он укатится без нас.

Как ни странно, и Гвалт, и его мама испытали облегчение от слов Апельсинки. Возня с чемоданами нещадно их утомила.