Сладкая месть

– Это совершенно невозможно, как вы сами скоро поймете… Но вы должны знать, я буду вечно благодарна вам за чудесные мгновения. Я на всю жизнь сохраню в моем сердце память о них.

– Я не понимаю… – Саймон, нахмурившись, взглянул на девушку.

Эмили не могла долее оставаться с Траэрном. Сейчас он непременно спросит о причине ее слез. Слегка сжав бока своей серой кобылы, она быстро развернулась и поскакала прочь к дороге на Сент-Клер-Холл.

Ледяной ветер смахнул капли слез с ее щек.

Саймон нашел в себе силы сдерживать обуревавшее его любопытство до тех пор, пока леди Гиллингем, как всегда изысканно-томная, не поднялась из-за стола, оставив джентльменов за традиционным послеобеденным портвейном.

Как только хозяйка удалилась, оба джентльмена сразу же отбросили церемонии. Откинувшись на стульях и вытянув под столом ноги, они взялись за свои бокалы. Лорд Гиллингем зажег сигару.

Саймон готовился сделать то, чем добропорядочные джентльмены грешили с незапамятных времен: обсудить некую леди за бутылкой доброго вина.

Он дожидался лишь удобного момента, и момент этот, разумеется, не замедлил наступить. Гиллингему, успевшему изрядно угоститься кларетом во время обеда, не терпелось поболтать.

– Ну и как вам наше литературное общество? – поинтересовался он, щурясь сквозь сизые клубы сигарного дыма.

– Довольно любопытно. – Саймон покрутил в руке хрустальный бокал, наблюдая за игрой света на его гранях. – Страсть к новой романтической поэзии явно распространилась за пределы Лондона.

По крайней мере среди женщин.

– Даже не знаю, чего ждать, – вздохнул лорд Гиллингем, покачав головой. – Вся эта романтическая чепуха, без сомнения, очень дурно повлияет на дам.

– Только не на почтенных дам Литл-Дипингтона.

– Ну, за тех, кто постарше, вроде наших сестер Инглбрайт, опасаться не стоит, но что касается леди помоложе, все это, определенно, никуда не годится.

– Беспокоитесь за таких, как мисс Фарингдон? – мягко уточнил Саймон.

– Чертовы поэтические бредни, они совсем погубили бедную девочку.

Жаль. Но впрочем, вряд ли могло произойти иначе, ведь она росла в этом гнезде никчемных мотов и картежников. Вопрос времени… А после смерти матушки беда стала неизбежной.

– Насколько мне известно, ее мать умерла шесть лет назад?

– Славная была женщина. И красивая. Все эти вертопрахи Фарингдоны чертовски смазливы – что сильный пол, что слабый. Кроме разве что мисс Эмили. Эти ее рыжие волосы и веснушки как-то не очень… Да еще и очки.