Сладкая месть

– Потайной ход! Саймон, как замечательно! – Эмили метнулась мимо него к быстро исчезающему проему. Она так долго готовилась к своему признанию, но в одну минуту забыла обо всем перед лицом возможного приключения.

– Умерьте свой пыл, мисс Фарингдон. – Саймон, схватив ее за руку, заставил остановиться. – Вас раздавит шкафом. Он слишком тяжел, чтобы открывать его вручную. Нужно воспользоваться потайным рычагом.

– Потайным рычагом? Где он? Вот это да! Прямо как в одном из тех леденящих кровь романов «Минерва Пресс», о которых вы сегодня упоминали.

– Успокойтесь. – Явно забавляясь ее неуемным восторгом, Саймон оглядывал комнату. Наконец он заметил графинчик с бренди. Блэйд бросил тяжелое пальто на стул. – Рычагов два, – пояснил он, подходя к маленькому столику.

– Два?

– Один в проходе за стеной, второй спрятан в самом шкафу. – Он налил два бокала. – Человек, построивший Сент-Клер-Холл, предусмотрел возможность мгновенного исчезновения.

– Но откуда вы узнали про потайной ход? – Эмили с сожалением смотрела на книжный шкаф: он вновь плотно стоял на месте.

– А вы еще не догадались? Странно. Мне известно про потайной ход, потому что я жил здесь.

В один миг забыв обо всем, Эмили резко повернулась к Блэйду. Тот непринужденно потягивал бренди. Эмили заметила, что Саймон переоделся. Вместо вечернего костюма на нем были обычные бриджи, сапоги и льняная рубашка.

Своего имения.

Саймон молча протянул ей другой бокал.

Словно он хозяин, а я гостья, подумала вдруг Эмили.

– Сент-Клер-Холл был вашим загородным особняком? – Эмили взяла бокал обеими руками, вглядываясь в лицо Саймона. – Какое поразительное совпадение…

– Как раз для записи в вашем дневнике. – Он сделал хороший глоток.

Эмили прикусила нижнюю губу, не совсем уверенная, что понимает его настроение.

– Вы, наверное, еще мальчиком покинули этот дом?

– Мне было двенадцать.

– Почему же вы не сказали раньше, что особняк когда-то принадлежал вам?

Он пожал плечами:

– Сие обстоятельство не казалось мне особенно важным.

Эмили отпила бренди и снова нахмурилась. Она сердцем чувствовала подвох, но никак не могла понять, в чем именно… Ее воображение снова взяло верх.