Обольщение

На мой взгляд, он из нескончаемой череды мелодраматических глупцов. Боюсь, мы еще что-нибудь услышим от этих байроновских тоскующих героев.

– По крайней мере Байрон не скучен. Насколько я знаю, сейчас лорд Байрон очень моден в Лондоне, – проговорила Софи, как бы пытаясь нащупать, не сойдутся ли их интеллектуальные интересы.

– Если вы под этим подразумеваете, что женщины буквально бросаются ему на шею, – я согласен. Любого мужчину просто затопчут тысячи маленьких хорошеньких ножек, если такой идиот осмелится появиться на сборище, где присутствует Байрон.

 – Но Джулиан явно не завидовал поэту, феномен Байрона его просто удивлял. – А что еще на вашей полке? Какие-то тексты по математике?

Софи чуть не поперхнулась, увидев, какую книгу он держит в руках.

– Не совсем, милорд.

Внезапно снисходительное выражение исчезло с лица Джулиана.

– Уоллстоункрафт. «Защита прав женщин»?

– Вы не ошиблись, милорд.

Он поднял глаза от книги и посмотрел на нее, словно прозрев:

– Так вот какие книги вы читаете? Эту смешную чепуху, изложенную женщиной, которая ничем не лучше уличной потаскушки?

– Мисс Уоллстоункрафт не была… потаскушкой! – горячо возразила Софи.

 – Она свободный мыслитель. Умная женщина, очень способная.

– Она была куртизанкой. Открыто жила с несколькими мужчинами, не оформляя брак.

– Она чувствовала, что брак – западня. Выходя замуж, женщина полностью попадает под власть мужа. У нее нет никаких прав. И мисс Уоллстоункрафт чувствовала, что такие порядки надо менять. И я с ней полностью согласна.

Вы утверждаете, что хотите понять меня. В таком случае вам надо побольше узнать и о моих интересах. Прочитайте Уоллстоункрафт, милорд.

– Я не собираюсь читать идиотскую писанину. – Джулиан отшвырнул книгу в сторону. – И более того, моя дорогая, я не собираюсь позволять вам отравлять мозги писаниной женщины, которую вообще-то следовало запереть в бедламе, оградить от общества или отправить на Тревор-сквер к профессиональным куртизанкам.

Софи едва сдержалась, чтобы не швырнуть в него свою полную чашку чая.

– Мы заключили договор о моем свободном выборе книг, милорд. Вы собираетесь и его нарушить?

Джулиан одним глотком допил чай, поставил чашку на блюдце и решительно направился к ней. Его лицо пылало холодной яростью.

– Еще одно обвинение в нарушении слова чести, мадам, и я не отвечаю за последствия. Я и так достаточно натерпелся от того фарса, который вы именуете медовым месяцем. Пришло время поставить все на свои места.