Исток бесчеловечности

Вскоре приятели оказались перед забавной расписной аркой с воротами в половину человеческого роста в скале под лестницей. Когда Рен отворил её, прозвучал нежный мелодичный звон ярмарочной шарманки.

За игрушечной дверцей обнаружился аквамариновый сад с поющими цветами, летающими деревянными лошадками, белыми мышками в старомирских нарядах, под кружевными зонтиками. Бретте встретился неравномерно исчезающий кот, отказавшийся передать сообщение мастеру Ю. Приятели, нервно посмеиваясь, прогулялись до водоёма, где им попался на глаза усатый морской зверь с золотым моноклем, в смокинге, но без штанов – и с вилкой в крепком трёхпалом плавнике.

Затем гости сбежали назад, в трясину, под колокол.

– Найдут уже потому, что такого тут никогда не было, – безапелляционно заявил Прово. – Это как ткнуть медвервольфа рогатиной в пузо и ожидать, что тот, может, и не заметит.

– Понял, понял уже, – хмуро отозвался Штиллер. Он снова выдал себя старомирскими сказками. Только глупые мечтатели интересуются далёким прошлым.

– Нет ли тут какой-нибудь бездонной ямы? Кого-нибудь большого, чтоб проглотил нас понарошку? – Бретта предлагала и более нелепые варианты. Прово качал головой, говорил коротко: «Найдёт!»

– Минц, ты же охотник! Нас какие-нибудь знакомые звери не спрячут?

– Скорее уж деревянные лошадки Штиллера, – невесело отвечал буролесец.

И, когда надежды уже не осталось, когда больше никакие идеи не приходили в голову, и отчаянье подступало к горлу, как слёзы…

7.

Они устроились в мягких креслах и допивали красное вино из лёгких бокалов.

Бретта сидела за чёрным с позолотой древним роялем и нежно прикасалась пальцем к клавишам. Вдали гулко прозвенел колокол. Штиллер отложил в сторону пергамент с незнакомыми старомирскими стихами.

За дверью по торфяному лабиринту послышались чавкающие шаги.

– Спокойно, – произнёс ключник, даже не понизив голос до шёпота. – Он сюда не войдёт. Понимаете, здесь начинался путь. В этом доме Владыка Топей был человеком. Тут он принял решение, превратившее его в чудовище.

Подробностей я даже знать не хочу. Ясно, что чародей не сможет столкнуться с воспоминаниями о выборе снова.

– Расскажу вам, – продолжал Штиллер, – одну старомирскую историю. Не сказку, а быль. В королевстве моих предков коренное население методично уничтожило практически всех рыжих. Серьёзно! Отделили рыжих, бросили в котёл, сварили суп и сожрали. Потом главный людоед помер, и его сотрапезников призвали к ответу.