Исток бесчеловечности

Исток бесчеловечности

Светлана Бринкер

Тебя и твоих близких ожидает великое и ужасное наследство. Кажется, ты сам его себе и оставил. Конкуренты, убеждённые, что сокровище должно принадлежать могущественным людям или никому, выходят на охоту. Рискнуть всем или отказаться от перемен? Любить или признать родство? Нужно ли быть живым, чтобы участвовать в дележе? Действие происходит в мире железнодорожных троллей, котов-телепатов, театральных демонов и бубликов-гоблинов. А могло бы и в нашем. Более того: одно не исключает другого.

Исток бесчеловечности

Светлана Бринкер

Побеждённый непобедим.

    К. Понедельник

И долго я стоял у речки,

И долго думал, сняв очки:

«Какие странные

Дощечки

И непонятные

Крючки!»

    Д. Хармс

Иллюстратор Анатолий Дубовик

Редактор и корректор Ольга Иванова

© Светлана Бринкер, 2019

© Анатолий Дубовик, иллюстрации, 2019

ISBN 978-5-4496-0439-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1.

Зверь из ямы

1.

Рен Штиллер, ключник, возвратившийся из обязательного для его цеха кругосветного путешествия, вежливо постучался в ворота столицы, города Лена Игел.

Широкие Тролльи Ворота сразу, без размышлений, отворились, и Рен облегчённо выдохнул. Лена оказалась не против, старая ведьма! Значит, там, внутри, в городе из плоти мёртвой колдуньи, неустанно следящей за своим последним великим творением, для молодого мастера имелось жильё. Хорошо бы не подвал. Пусть маленькая, но уютная комната с балконом или с видом на Запретные Воды… Ладно, не всё сразу.

Со временем надо будет поколдовать в этом направлении. Ключник оставил Вокзал за спиной, шагнул внутрь, и ворота, не нуждающиеся в охране, захлопнулись.

Вряд ли кому-то ещё сегодня удастся провернуть подобный фокус. Торговый люд пользовался Зрячей Дверью, расположенной ближе к пристани. Там их видел Глаз Государя, можно было с порога уплатить пошлины, передать сообщение, оставить товар под присмотром.

Родичей ленаигелские встречали у ворот, заботливо удерживая двери, чтоб те не поддали по копчику. Мастеровые прикладывали к стене, серой и шершавой, как кость, свои цеховые перстни. У Штиллера тоже был такой. Собственно, так ему и стоило поступить: приложить и войти. Но нельзя же было не испытать судьбу! Постучи, рассказывали люди, и ведьма слегка пробудится от своего смертного сна, и примет решение: позволить пришельцу распоряжаться частью её плоти или отказать.