Игра в человека: Сага о Виннфледах

– Да что я делаю не так?! – с этими словами суккуб схватила с полочки крошечный тканевый мешочек, в котором хранилась собранная полынь, и закинула остатки растения в горшочек, напрочь забывая об осторожности. Дождаться, покуда вода закипит, а после отвар настоится и остынет, было испытанием не из простых для Эдны. Но демоница справилась. И сразу с жадностью припала к горшочку, осушая его содержимое.

Теперь подействовало молниеносно. Живот прорезала острая боль. У демоницы слёзы невольно прыснули из глаз.

Она схватилась за низ живота, но тот словно превратился в камень. Ни сделать шагу, ни разогнуться… Эдна попыталась успокоить себя мыслями, что это нежеланный уродец завершает свой жизненный путь. Вот только сердце застучало так быстро, пот проступил на висках, а в груди закололо и подкатил столь неистовый страх, что ужас охватил девушку. Она попробовала вдохнуть, но резь с такой силой прострелила вдоль позвоночника, что ноги невольно подкосились, и суккуб рухнула на пол.

Её кидало то в жар, то бил озноб. Сил пошевелиться не было, об использовании магии и говорить было нечего. Никогда прежде демоница не чувствовала себя такой беззащитной перед лицом надвигающегося конца. Ни нападение людей в прошлом селении, ни измывательства монахов в стенах монастыря… Ничто не могло сравниться с болью и страхом, что завладели сейчас разумом и телом Эдны. Она открыла рот, чтобы закричать, но вместо вопля провалилась в темноту.

***

Харальд заглянул к наложнице нежданно, словно почувствовал беду.

Всегда приветливая, гибкая и обольстительная; с лукавым взглядом небесных глаз, в этот раз Эдна не встречала любимого в постели среди шкур. Не манила голыми лодыжками и не обнажала призывно грудь.

Сейчас Эдна без чувств лежала на полу в луже крови. Серебряные локоны разметались по сторонам, вымокли в дурно пахнущей жидкости, а бёдра в задранных юбках платья не выглядели притягательно.

Харальд кинулся к девушке – на миг его лицо перекосила гримаса отвращения – и прижался ухом к груди, пытаясь определить биенье сердца.

И убедившись, что любимая ещё жива, метнулся к дому знахарок-врачевательниц.

Целительными зельями и напевами-заговорами те не позволили наложнице ярла переступить черту мира богини Хель.

– Знал, что ты не покинешь меня так скоро, моё наслаждение, – заботливо прошептал Харальд, стоило девушке открыть глаза спустя значительное время.