Игра в человека: Сага о Виннфледах

Их ненависть Эдна поймала и с трудом сдержала злорадную ухмылку. Бестолковые бабы знали, чем сулят печальные слова чужестранки.

Харальд отреагировал, как Эдна и предполагала. Вскочил на ноги, с трудом подавляя ярость.

– Эта лживая дрянь пожалеет, что посмела навредить тебе! – в сердцах бросил мужчина, хватаясь за топор на поясе. – Она подняла руку не только на тебя, но и на моего наследника!

Эдне понравилось, как прозвучало последнее слово. Значит, ярл твёрдо намерен отослать жену подальше. Смертная бабёнка разочаровала викинга, да и детёнышей подарить ему не сумела, уж здесь демоница постаралась…

– Я разберусь с вёльвой, не волнуйся.

Эта женщина больше не посмеет тебя обидеть! – поклялся ярл, а после наклонился, запечатлевая на лбу девушки поцелуй, и спешно покинул дом наложницы.

Эдна изогнула губы в довольной ухмылке и прямо посмотрела на целительниц. Те лишь скривились и отвернулись.

Эдна победила. Опустив руку на живот, прикрыла глаза и мысленно обратилась к малышу, чьё сердце так отчаянно билось у неё под рёбрами:

– Может, ты и выжил сегодня, мерзкая дрянь, вот только не жди, что я буду мириться с тобой.

Ты ещё пожалеешь, что не сгинул. А пока, я получу то, что заслуживаю – власть. И ты мне в этом поможешь.

***

Харальд казнил Сиду перед всем людом селения. В назидание.

Вёльва не противилась, смиренно приняв свою участь. Лишь перед смертью обратилась к кому-то, прося прощение за всё, что предстоит ему пройти из-за её слабости. А потом позволила делать с собой всё, на что хватило выдумки разъярённого, очарованного демоном, ярла.

Народ урок понял, принял к све?дению и возненавидел двуличную чужестранку пуще прежнего, научившись лучше скрывать свои чувства к ней.

Эдне было всё равно. Она была выше всех этих смертных и теперь обладала истинной властью.

Глава 3 Младенец

Тишину ночи разрезал жалобный плач младенца.

Кроха сначала негромко кряхтел, барахтаясь в тряпках, устилавших дно люльки. Мать не отреагировала.

Тогда малыш захныкал чуть громче, засучив крошечными ручками. Родительница снова осталась безучастна к жалобам дитя. И наконец ребёнок истошно зарыдал, срывая горло и голос. Он звал маму, не в силах понять, почему та, кто прежде была всем; кто долгие месяцы была связана с ним, бросила его. Холод и голод одолели мальчика. Он был так беззащитен перед огромным, страшным миром вокруг и так нуждался в родном плече, но…

У Эдны были иные планы на эту ночь.