Тропою истины. Сага о Виннфледах 3

Блондин невозмутимо продолжал перебирать руны, зажигать свечи и сосредоточенно раскладывать нож, кисти, листы бумаги около себя на полу.

– Финнвард, ты меня слышишь? – ещё раз позвала мужа Фицджеральд, и Финн медленно поднял глаза на феникс.

– Я знаю. Но Айседора никогда не использует тёмную магию, а со Сверром лучше перестраховаться.

– Почему ты не сказал о ритуале сестре?

– Если Сверр действительно проникает в сновидения Астрид, лучше, чтобы она не была в курсе моих попыток.

– Не ведает она, не прознает он, – кивнула девушка, – но, мне кажется, ты ошибаешься.

Обитель охраняется от посторонней магии. При всём желании Сверр не может проникнуть сюда. Кендрик бы почувствовал вторжение!

– Сверру не обязательно использовать явное колдовство. Он способен воздействовать на Астрид благодаря близнецовой сути. Как тогда… – Финн недоговорил, понимая, что Карла догадается о какой ситуации речь.

Фицджеральд нахмурилась пуще прежнего.

– Айседора всё равно бы уловила постороннюю энергию.

Как тогда.

– Может, тогда он хотел, чтобы его почувствовали? – хмыкнул Финн. – В любом случае я просто попробую. Скорее всего, это лишь мои глупые опасения. Но мне будет спокойнее, если я лично перепроверю и пойму: я сделал всё, что в моих силах.

– Поступай, как считаешь должным. В свете последних событий любая зацепка – уже что-то, – наконец-то отозвалась Карла и приблизилась к супругу, мягко коснувшись его плеча. – Я прогуляюсь перед сном. Как освободишься – напиши мне.

И девушка вышла из комнаты, осторожно прикрывая за собой дверь.

Финн подождал, пока в коридоре стихнут шаги учёной, а затем удобнее сел, прикрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов. Комната погрузилась во мрак. Слабо мерцающие по кругу свечи резко вспыхнули ярким бело-золотистым пламенем. Финнвард потянулся за фениксовской сутью, что струилась по венам. Ощутил, как огонь покалывает на кончиках пальцев, губах. Как поднимается по гортани при дыхании.

«Свяжи меня с Астрид. Покажи её сны», желание сформулировалось в мозгу.

Финн развернул ладонь к потолку, и костяшки с нужными рунами медленно поднялись из деревянного ларца и опустились в руку. Финн распахнул глаза, изучающе уставившись на символы. Несколько мгновений размышлял, напитываясь энергией рун и определяя скрытое послание. Затем отложил костяшки в сторону и потянулся за ножом. Провёл лезвием по ладони, чуть скривившись от острой боли. Кровь, словно пылающая огнём, выступила из раны.