Тропою истины. Сага о Виннфледах 3

– Да, я читала, что сначала они видят полутонами, – кивнула Астрид, смущённая возникшим странным чувством, будто её просканировали.

– Скорее в чёрно-белом цвете, – исправила рыжеволосая, осторожно приближаясь к тройняшкам. Замерла по правую руку от суккуба и заглянула в кроватки. – Вот этот мальчик – старший, Арнгейр; второй, который спит, Форсети, ну а малышка – Сигрид Аврора.

– Да, Мо говорил, что они уже подобрали имена, – Астрид произнесла имя брата быстрее, чем успела сообразить. И тут же сжала губы, испуганно обернувшись на лежащую в кровати Лив.

Ведьма не шелохнулась. Зато Адель покачала головой и мягко коснулась локтя белокурой, мол, всё в порядке.

– Они такие милые. Я переживала, что из-за преждевременных родов с малышами может что-то произойти, но Айседора приложила массу усилий, и тройняшки в порядке. Насколько возможно в такой ситуации, – последнюю фразу Адель проговорила почти беззвучно и непроизвольно коснулась ладонями своего живота. Моргнула, сдерживая нахлынувшие эмоции.

 – Поторопились они. Теперь Тео будет младше.

– Два месяца – это не самая большая разница, – тоже шёпотом отозвалась Астрид и вдруг поймала себя на мысли, что весь разговор – абсурден. Они стоят над колыбельками детей и обсуждают кто кого старше, когда её, Астрид, братья страдают (или вовсе мертвы). Злость пребольно ужалила в районе груди. – Мы должны что-то сделать!

Адель шмыгнула носом, уголки её губ задрожали. Но продлилось это проявление слабости доли секунды.

Затем девушка выпрямилась и глубоко вздохнула.

– Мы делаем – мы заботимся об их детях.

Астрид одарила рыжеволосую непонимающим взглядом. Покачала головой. Поведение светлой ведьмы походило на равнодушие; это сбивало с толку. Лив горевала. Это было видно. Она страдала и выражала боль понятным Астрид образом, и белокурой становилось чуточку спокойнее за близнеца. Но Дели вела себя непринуждённо, спокойно и даже позволяла улыбки, отчего Астрид испытывала смятение и обиду за младшего брата.

Умом белокурая осознавала, что поведение Адель – защита, но эмоционально суккуб негодовала.

– Кажется, тебе всё равно, что Эйрик пропал, – ляпнула она в сердцах и тут же пожалела. Взгляд серых глаз ведьмы Света ожесточился. Адель хотела было возразить, но вдруг спящий малыш проснулся и резко зашёлся в протяжном плаче.

Астрид испуганно вздрогнула, инстинктивно отступая.

– Ты разбудила его, – холодно произнесла рыжая.