Тайное свидание

Одной проблемой меньше, подумал он не без удовлетворения: если у нее не было любовников, то и соперничать не с кем – Августа будет принадлежать ему одному!

– Дело в том, – очень серьезно начала Августа, – что, боюсь, я буду очень плохой женой. Я пыталась объяснить вам это раньше, когда вы обнаружили меня в библиотеке Энфилда. Дело в том, что я не могу подчиняться большинству обычных правил нашего общества. Вы должны помнить: я ведь из нортумберлендских Баллинджеров и совсем не ангел в отличие от моей кузины.

Мне совершенно чужды многие женские добродетели, а если точнее – у меня отсутствуют те качества, которые вы предъявляете к будущей жене.

Гарри еще чуть-чуть приподнял подол ее платья, обнажая бедра, с удовольствием ощутив пальцами необыкновенно нежную бархатистую кожу.

– Я уверен, что благодаря нескольким несложным урокам вы станете для меня великолепной женой.

– А я вот не разделяю вашей уверенности, сэр, – выдохнула Августа с отчаянием. – Очень трудно полностью переделать чей-то характер, вы же знаете…

– Я к этому не стремлюсь.

– Разве? – Она с тревогой и недоверием посмотрела ему в лицо. – И я вам действительно нравлюсь такой, какая есть?

– Очень! – Он поцеловал ее в плечо. – Есть, правда, парочка вопросов, которые хотелось бы обсудить, но это, так сказать, в рабочем порядке: когда вы станете восхитительной графиней Грейстоун.

– Ах вот как? – Она прикусила губу и крепко сжала ноги. – Гарри, вы любите меня?

Он вздохнул и перестал нежно поглаживать ее бедро.

– Я вас прекрасно понимаю: многие романтически настроенные молодые особы считают любовь чем-то необыкновенным: чувством, которое дается свыше, но отнюдь не в силу какого-либо рационально объяснимого процесса, – только сам я к таковым не отношусь и придерживаюсь диаметрально противоположного мнения.

– Ну разумеется! – не смогла она скрыть разочарования. – Я полагаю, вы вообще не верите в любовь, не так ли, милорд? В конце концов, вы же ученый: изучаете Аристотеля, Платона и прочих умных мужей.

Должна только предупредить вас, сэр, что чрезмерно рациональное логическое мышление способно серьезно повредить восприятию.

– Я приму ваше замечание к сведению.

Он поцеловал ее в грудь, испытывая восторг от одного лишь прикосновения к этой шелковистой коже. Господи, как она прекрасна! Он не мог вспомнить, когда в последний раз желал женщину столь же сильно, как свою будущую жену.