Найтись и потеряться

– Дана, тут такое дело, – пробормотал он, не отрывая взгляда от своей чашки с кофейной гущей на дне. – В общем, ты должна понять… – он поерзал, пошебуршил под столиком длинными ногами, тяжело вздохнул.

– Что я должна понять? Что ты алкоголик?

– Что? Нет, акстись, – Андерсон снова поморщился, теперь от чудовищности предположения. – Просто, вечеринка затянулась… бывает…

– Плавно перейдя в оргию… – вставила насмешливо девушка.

– Дана, я, вообще-то, о другом хотел поговорить, – он, наконец, поднял свои синие как море глаза и обиженно взглянул на девушку.

– Любовь прошла? – решила Дана помочь любимому.

Она мужественно смотрела ему в глаза и не отводила взгляда. Открытая, доброжелательная и спокойная. Он не узнает, чего ей стоила эта легкость. Танец босиком на битом стекле, песня с порванными связками. Да она звезда лицедейства! Сама не предполагала, насколько.

– А чего ты хотела? – возмутился парень. – Я личность творческая, понимаешь? Мне муза нужна, – он попытался успокоиться, привычным движением поправил волосы, на мизинце сверкнул небольшой перстень.

 – Да, ты была ею, детка, и довольно долго, и поверь, ты – супер.

Он попытался обворожительно улыбнуться, но не вышло. Дана видела перед собой перепившего человека, подурневшего и потертого. Лак потускнел и местами облез, открывая неприглядную картинку.

Андерсон протянул руку, пытаясь накрыть ладонь девушки, но Дана демонстративно отодвинулась, спокойно положив руки на край столешницы. А внутри все кричало, стонало и корчилось от боли.

Она ему не нужна, он не любит ее и больше не хочет быть с ней. У любой другой девушки в этом зале больше шансов, чем у нее.

– Шесть месяцев – это для тебя долгий срок? – она картинно подняла брови, крутя пальцами чашку с нетронутым кофе. Внутри разливалась головокружительная пустота, и только гулко стучало сердце. Все кончено, для нее в этой жизни теперь точно все закончилось.

– Пойми, у любви нет сроков, ничего нельзя планировать, все происходит спонтанно.

Просто взрыв, и я попался, – он взглянул на нее, ожидая хоть какой-то реакции. Она обязана его понять, он же пытается все объяснить.

По правде говоря, Андерсон готовился к бурной истерике. По крайней мере, раньше все так и было. Не зря выбрал людное место, справедливо полагая, что присутствие посторонних остановит Дану от слишком энергичного возмущения по поводу отставки. Но она молчала.

– Вспомни, как это было у нас с тобой, – он намекал на их первую встречу.