Тайна старого аптекаря

Ходил, носом крутил, смотрел, ручки дверные носовым платком протирал, представляете! И то не так и это не этак. А когда в подвал полез, так совсем взбеленился. Такой культурный был, а тут орал так, что наш даже покраснел от такого крика. Говорит, весь двор задний расчистите за три дня вручную и найдите там чего-то. А там одна глина с помойкой!

– А что искать-то, не сказал? Ведь это немыслимое дело, да и кто будет это размывать? Бррр… – я поежилась.

– Ну а я о чем?! Ничего не сказал конкретного, только, говорит, не найдете – всех без выходного пособия уволю к чертовой матери! А мы причем? У меня вообще ребенок маленький.

Еще и нас привлекут к уборке, не дай Бог.

– И не говорите! – взяв пакет с чаем, я повернулась к выходу – ну, удачи вам, найти то, не знаю что!

Я шла домой, не зная как оценить происшедшее. С одной стороны – поиск информации о туймонской печати в интернете ничего не дал. Запрос в архив края вообще не приняли, с ходу определив, что такой информации у них нет. Оказывается, им поставили свой внутренний поисковик документов, находящихся на хранении.

Девушка за одну минуту отсканировала весь, имеющийся запас архивных данных на буквы «Т» и «П». По официальным данным выходило, что такой вещи, как туймонская печать, не существовало.

С другой стороны получается, что Иоганн Штаубмах все же был одним из фармацевтов-лекарей в нашем городе. Судя по датам на документах, он первым стал жить в том же доме, где и аптека. Достроил в доме мансарду и расширил подвалы, приспособив их под хранилище аптечного сырья.

Литература, написанная историками о южной Сибири, была немногословна. Меня интересовали, прежде всего, купцы. Если седой не брезговал грабить проезжих купцов, то и сбывать товар он должен был где-то у себя в лавке. Во второй половине XIХ века юг западной Сибири процветал как перекресток торговых путей из Азии в Европу. По Большому тракту осуществлялась торговая связь с Монголией, Китаем, районами Восточного Туркестана. В то время за один сезон на здесь можно было удесятерить свой капитал! И это несмотря на то, что Большой тракт был тогда чем-то вроде козьей тропы.

Купечество было духовным лицом общества. На свои деньги они строили церкви, часовни, заводы, занимались благотворительностью. Купец Асанов уже в то время построил себе трехэтажный дом с центральным отоплением. Причем, сам котел стоял в подвале, а горячая вода поднималась по трубам, проложенным в стенах дома. А бельгийские кружева своей дочурки отправлял стирать в Париж.