Выжить для любви

Сегодня Кирилл держался чуть дружелюбнее, хотя ни разу не улыбнулся. Ника окинула его быстрым оценивающим взглядом. При дневном свете его лицо по-прежнему выглядело грубоватым, словно его ваяли не резцом скульптора, а плотницким топором. Очевидно, он недавно побрился, и Ника убедилась в том, что у него волевой, резко очерченный подбородок. Нет, он не из красавцев – это сразу видно. Он не юноша, а зрелый мужчина.

– Вы отдыхаете каждую среду? – Черт, зачем ей понадобилось задавать этот вопрос? Какое ей дело?

– Нет.

Поменялся с одним следователем. У него свои планы.

Слава богу, мысленно вздохнула Ника. Ей еще ни разу не доводилось приглашать мужчин на свидание, но на этот раз она чуть было не поддалась искушению, хотя и рисковала получить оскорбительный отказ. В то же время она сама возмутилась бы, узнав, что с ней встречаются только ради ее тела.

– Вы могли пристрелить их.

Это заявление сопровождалось внезапным взглядом в упор, и Ника растерянно заморгала.

Глаза Кирилла оказались голубыми (это при его темных волосах!), они смотрели твердо и жестко. Взгляд полицейского, от которого ничего не ускользает. Он наблюдал за Никой, изучал ее реакцию.

Ника настолько растерялась, что не сразу сообразила: речь идет о ночных грабителях.

– Могла бы, – согласилась она.

– Почему же вы не стали стрелять?

– По-моему, применять оружие не требовалось.

– Оба были вооружены ножами.

– Я об этом не знала, а если бы и знала, то не стала бы стрелять – ведь они не угрожали ни мне, ни судье, они даже не поднялись наверх.

Но если бы ситуация развивалась так, что нам грозила бы опасность, я решила бы открыть стрельбу. – Она помолчала. – Кстати, спасибо, что не упомянули в отчете о том, что я телохранитель.

– Это не относилось к делу. К тому же отчет составлял не я, дело поручено другому.

– Все равно спасибо.

Такой отчет легко мог стать достоянием гласности, любой тележурналист ухватился бы за выигрышный сюжет про дворецкого-телохранителя.

Но во время интервью об этом не было сказано ни слова, а сама Ника и судья Виленский не поднимали щекотливую тему. Достаточно того, что телезрители узнают: судья пользуется услугами высококвалифицированного дворецкого. Упоминание о том, что этот дворецкий еще и охраняет его, могло привлечь нежелательное внимание и вызвать ненужные расспросы.

– Не за что, – отозвался Кирилл, по-прежнему вглядываясь в ее лицо.