Игрушечное сердце

Она как бы отметится у него, а оставаться на ночь не обязательно. Сославшись на какие-нибудь дела, можно будет уйти раньше гостя. С другой стороны, плохо, потому что не поговоришь про деньги. А с третьей… да, есть еще и третья сторона… Уходить раньше гостя ей пока не хочется, потому что он ей явно нравится. Да. Надо себе в этом признаться окончательно и бесповоротно. Незнакомец чрезвычайно мужественен и брутален: яркий кареглазый брюнет со смуглой кожей и подбородком, синим от жесткой щетины, до конца, видимо, не поддающейся никаким бритвенным станкам нового поколения.

Артур против него как-то жидковат, хотя так же яркоглаз и темноволос. Но совершенно неизвестно, хорошо или плохо то, что ей понравился его приятель…

Когда все уселись за стол, наконец, выяснилось, что незнакомца зовут Виктором и что он – бывший одноклассник Артура.

Мужчины принялись вспоминать школьные годы, Лариса почти не встревала в их разговор, налегая на картошку с мясными и рыбными деликатесами. Они пытались втянуть ее в свой диалог, но ей разговаривать не хотелось.

Она думала о кукле и о деньгах, которые надо непременно на нее насобирать. Встрепенулась она только тогда, когда Виктор назвал Артура Турком.

– А почему вдруг Турок? – с удивлением спросила она, не донеся до рта вилку с наколотой на нее мидией.

– Да… так… долго объяснять… – отмахнулся от вопроса Артур.

Виктор посмотрел сначала на друга, потом на Ларису, что-то, видимо, для себя понял и несколько саркастически усмехнулся. Лариса ответила ему полупрезрительной улыбкой.

Что он себе позволяет! Думает, что завел себе синий подбородок, так все женщины прямо свалятся к его ногам! Ага! Как бы не так!

Настроение резко испортилось. Лариса даже не могла разобраться, от чего именно. Ну, не от взгляда же этого Виктора! Может быть, оттого, что из-за него нельзя начать разговор о деньгах? Как-то все нескладно выходит… И зачем она сидит тут, трескает мидии, которые не особенно любит, слушает мужские разговоры и воспоминания, которые ей совершенно не интересны?

Запив очередную мидию минералкой, Лариса отложила вилку и встала из-за стола:

– Пожалуй, я пойду… – Потом перевела взгляд на Артура и добавила: – Только без обид, ладно? Вам надо поговорить, а я только мешаю…

– Какие могут быть обиды! – отозвался Артур и тоже непонятно улыбнулся, а Виктор тут же добавил:

– Вы нам абсолютно не мешаете! И даже напротив…

Он не договорил, потому что Лариса обожгла его гневным взглядом и пошла к выходу.