Интерьер для птицы счастья

Там уже набилось приличное количество прячущегося от дождя народа, и Арбенин обнял ее, как бы отгораживая и пряча от всех. Она уткнулась лицом ему в грудь, и его запах показался ей до того родным, что она сама подняла к нему лицо для поцелуя. И они целовались у стены арки Главного штаба, никого не стесняясь. Все люди тоже казались родными и такими же счастливыми, как они.

Через некоторое время под арку забежала группа насквозь промокших молодых людей. У одного парня болталась на груди гитара, и он тут же принялся на ней бренчать и даже что-то негромко петь.

Сначала Саша с Юрой, занятые собой и своими новыми ощущениями, не прислушивались, а потом вынуждены были отвлечься друг от друга. Притихли и обернулись к молодым людям вообще все, кто спасался от дождя под аркой. Парень пел очень хорошо. Мелодия была незамысловатой, но очень трогательной, а слова, очевидно, были написаны для девушки, которая стояла рядом с парнем и застенчиво улыбалась.

Парень пел:

Мы гуляли по Дворцовой,

Ангел вслед глядел с колонны,

Твоим обликом мадонны

Очарован.

Облицован

Небосвод был чем-то серым,

Что для Питера нормально.

Ревновал тебя я к небу,

К всяким ангелам случайным.

Было в городе остылом

Мне тревожно отчего-то,

«Посмотри! Вот кони Клодта!» —

Ты сказала, руку вскинув.

Укротитель юный скромно

Улыбнулся с постамента.

Понял я с того момента,

Что давно с тобой знаком он.

Мы простились на вокзале.

Изваяньем безголосым

Я застыл.

С немым вопросом

Провожал тебя глазами.

Вслед за электричкой – ветер,

А по шпалам – Клодта кони,

За тобой спешат погоней,

Укротитель юный бледен.

За конями – Ангел быстрый —

От колонны оторвался.

Победитель – город мглистый —

Я тогда себе признался

И побрел пустым кварталом,

Неприкаянный и грешный.

«У меня тебя не стало…» —

Повторял я безутешно.

В те времена еще не так часто можно было услышать уличных музыкантов, и восторженные горожане вместо денежных знаков осыпали юного менестреля аплодисментами, а одна женщина даже отдала его девушке свой букет из красных гвоздик.

Саше тоже очень понравилась молодая пара и песня. И только тогда, когда была уже «глубоко» замужем, она вдруг поняла, что песня того парнишки была ей как бы предупреждением. «Ревновал тебя я к небу, всяким ангелам случайным», – эти слова можно было сделать эпиграфом ко всей ее семейной жизни с Арбениным.