Любить птичку-ткачика

Из-за этого не сможет прийти и на примерку, которая намечена на следующий четверг.

– Олег! Не держи меня за идиотку! – сорвалась она. – Имеется с десяток других способов связаться с тобой и твоим ателье: телефон, факс, Интернет! Какой дурак станет сейчас пользоваться почтой, когда надо передать срочное сообщение?!

– Дарье Александровне за семьдесят, и ей не нравятся современные способы связи.

– Но почему письмо написано на твой домашний адрес, а не на адрес «Силуэта»? Откуда она знает твой адрес на Васильевском?

– Представь, она даже заказывать наряд приезжала ко мне на дом! – Олег весело улыбнулся.

– Но почему? – Мила постаралась спросить спокойно, хотя его веселье в такой ситуации показалось ей мало уместным.

– Потому что она – приятельница моей родной тетки! Между прочим, они вместе и приезжали!

– Ага! Семидесятилетней карге вдруг понадобилось вечернее платье!

– Зря ты так, – невозмутимо ответил Олег и шумно отхлебнул кофе. – Дарья Александровна большую часть жизни проработала на телевидении и выглядит не хуже Эдиты Пьехи.

Как, кстати сказать, и моя тетка! А платье госпожа Сельвинская заранее заказала на собственный юбилей, который будет проходить, между прочим, в одном из залов телецентра на известной всему Питеру улице Чапыгина.

– И ты предлагаешь мне в это поверить? – некрасиво взвизгнула Мила.

– А почему бы нет?

– А где тогда само письмо?!

– То есть ты намеревалась с ним ознакомиться, но не получилось? – опять улыбнулся Олег.

– Намеревалась… да… – пришлось признаться совершенно сникшей Миле. – …Потому что я… потому что мне… странны эти посторонние конверты…

– Перестань, Милка! – расхохотался он. – Нет никаких посторонних конвертов! Есть всего лишь один-единственный! От почти семидесятипятилетней бабульки! Очень эффектной, но все же – именно бабульки!

Олег бросил огрызок бутерброда в тарелку, вытащил Милу из-за стола и впился в ее губы своими, пахнущими кофе и поджаренным хлебом.

Она, тут же забыв о том, что только что собиралась всплакнуть, страстно ответила ему. Конечно, им обоим, имеющим собственное дело, можно было не спешить на службу с раннего утра, как рядовым петербуржцам, но неотложные дела требовали и их присутствия на рабочих местах, а потому Мила первой вывернулась из объятий своего возлюбленного.

– Нет, ты все-таки скажи… – Олег опять взял ее в кольцо своих рук.