Рубиновая верность

Разве они пожалеют? Да они еще и подтолкнут к пропасти… Вы же… Я сразу поняла, что вы не такая… И потом… я же не прошу вас вливать в кофе этой особе крысиного яду! Я просто хочу, чтобы вы назвали мне ее имя или хотя бы показали… Что в этом такого уж страшного?

– Но… зачем вам ее имя? Не собираетесь же вы жаловаться руководству фирмы? Уверяю, что это ни к чему хорошему не приведет!

– Я и сама все прекрасно понимаю, Дашенька! Я хочу поговорить с этой женщиной… Сказать, что… – Был смысл опять ввернуть спасительно-трогательное слово-паразит «понимаете», и я ввернула: – Понимаете… я жду ребенка…

Я ребенка ждала пока чисто теоретически и без особой уверенности в результате, но всерьез работала над этой проблемой.

Сейчас особенно энергично, поскольку Ленечка ускользал и времени у меня оставалось в обрез. Серая Мышка, очевидно, вспомнила всю неоднократно читанную классику и, разжалобившись, пробормотала:

– Ну… вы не расстраивайтесь так…

– Как же мне не расстраиваться? – проговорила я в стиле героев русских народных сказок, изронив из правого глаза почти хрустально-честную слезу.

 – Не дает мне вся эта история покоя… что, кстати, может негативно отразиться на ребенке… Вы же понимаете…

Не знаю, что там понимала Мышь, но она явно подобрела ко мне.

– Ну хорошо… Я постараюсь что-нибудь для вас сделать… – сказала она.

Вместо того чтобы радостно выкрикнуть: «Ну наконец-то!», я еле выдавила:

– Спасибо, Дашенька… Я сразу узнала в вас родственную душу…

– И… кто же ваш… муж? – спросила Мышка.

 – Может быть, я его и не знаю вовсе… У нас много сотрудников… Дела фирмы идут в гору…

– Но ведь вы можете и узнать, если вдруг не знаете, – подсказала ей я.

– Ну… вообще-то, конечно, могу…

Чувствовалось, что Дашенька пожалела, что слишком размякла, но ее мышиный хвостик уже серьезно запутался в моих сетях.

– Мой муж работает в «Здраве» около месяца. Его зовут Леонидом Сергеевичем Зацепиным. Он…

Я хотела назвать Серой Мышке кое-какие Ленечкины приметы на тот случай, если она по какому-то странному стечению обстоятельств до сих пор с ним как следует не познакомилась, хотя работает явно в одном отделе, но она в третий раз вскочила со стула с выпученными глазами.

Неужели мамаша-учитель начальных классов не втолковала ей, что неэтично без конца вскакивать во время делового разговора? Серьезный пробел в воспитании!

– Леонид Сергеевич?! Не может быть! – вскричала она, хлопая ненакрашенными ресницами.