Сердце из нежного льда

Сердце из нежного льда

Светлана Демидова

Алла Белозерова презирала мужчин. Отвергнутых ею поклонников было не счесть, брошенных без всяких объяснений любовников – еще больше. Она играла с ними, точно кошка с мышками, а, наигравшись, безжалостно изгоняла из своей жизни. Неизвестно, что сделало такой эту роковую красавицу – давнее предательство любимого мужчины, неразделенное чувство или просто разочарование в жизни. А может быть, Алле всего лишь не повезло, и она не встретила того, кто ей нужен? Тем не менее, и женатый сослуживец, и совсем юный паренек, и красавец-мужчина, которого Алла уничижительно называла «Некто Макс», изо всех сил стараются добиться ее любви.

Именно любви – настоящей, светлой, искренней. Так к кому же из них будет благосклонна эта красавица с ледяным сердцем?..

Светлана Демидова

Сердце из нежного льда

Мир тогда разделился на две неравные части: маленькую «до» и пока не имеющую конца – «после», будто чьей-то волевой рукой была проведена черта, граница, демаркационная линия и навешена полосатая красно-белая запрещающая лента.

С отвратительным чмоком разделилось и время. Новое, опять начавшись с нуля, стало жестко отсчитывать секунду за секундой, которые больше никогда не были потрачены впустую: на всякие «сюси-пуси», созерцание, восхищение, любование и прочие проявления безделья, расслабленности и слабоволия. Все ее действия были взвешены и рассчитаны с аптекарской точностью. Ничего лишнего. Только то, что нужно. Ненужное безжалостно отбраковывалось.

Алла Константиновна Белозерова уже прошла от своего НИИ к метро почти целый квартал, когда около нее взвизгнула тормозами машина. Алла повернула голову, увидела в окне нарядной белоснежной «Ауди» приветливо махающего ей рукой Петра Николаевича Башлачева и в некотором замешательстве остановилась.

– Алла Константиновна! Садись, подвезу, – зазывающе промурлыкал Башлачев.

– Я ненавижу иномарки, – ответила она.

– Вот еще новости! Почему?

– Меня в них тошнит.

– В смысле… укачивает… или из принципа?

– Укачивает. Без всяких принципов.

– И что? – Башлачев задал этот смешной вопрос, будто не он, а Алла приглашала его покататься в иномарке, а он отказывался.

– И ничего. Я пойду домой пешком, а ты, Петя, – поедешь на своей снежной красотке.