Анариель – проснувшись королевой

Аглар спал. На его лице бледнели розоватые пятна, жара больше не было и поэтому, король мирно посапывал на больших узорчатых подушках. Его волосы аккуратно обрамляли спокойное лицо. На миг, я засмотрелась на молодого мужчину. Его холодность играла со мной злую шутку, притягивала, и я кусая губу, ругала себя за такие мысли.

Ну вот, что ему не спать спокойно со смотрящим за ним лекарем, нет, приперлась глазеть как партизан, на человека, с которым у меня политический брак.

За моей спиной скрипнула дверь и в дверном проеме, я увидела девушку игравшую на арфе в саду.

Видимо, она не ожидала, что я буду здесь и уставилась большими глазами.

– Моя королева! – она вошла в покои, опустила глаза и поклонилась, – простите, не ожидала, увидеть вас тут.

– И почему ты так удивлена? Я его жена и имею права видеться когда хочу, – ответила я, удивленно рассматривая наглую визитершу, – мне больше интересно, что ты здесь забыла?

– Прошу меня простить, – она открыто посмотрела мне в глаза, совершенно не смущаясь.

Откуда у молодых девиц столько наглости? – У меня болело сердце из-за короля. Ему лучше?

– Ему лучше, а теперь иди, ночь на дворе!

Она хотела спросить еще что-то, но видимо мой недовольный вид, заставил ее закусить язык и сделав подобие реверанса, девушка тихо закрыла дверь, скрывшись из вида.

Проходной двор устроили!

Завтра спрошу у Эдолины, что это за девушка?

В свете тусклых кристаллов, было сложно рассмотреть все углы больших покоев короля, но сразу же бросались в глаза окна в виде арок, пущенные по всему периметру.

Вздохнув, я присела рядом с Агларом, совершенно не понимая, что я тут делаю.

Сначала, я подумала, что мне послышался звук, зудящий, как у надоедливого насекомого.

Он жужжал у окна, приближался ближе, замолкал и начинал вновь.

Я поднялась с кровати, и идя на звук, увидела небольшую круглую муху.

Сначала я подумала, что это брошка, но украшение не могло издавать жужжание и кружиться как заведенное на одном месте.

Я взяла ее в руку и рассмотрела со всех сторон.

Крылышки маленькой букашки переливались зеркалами. Найдя на столе шкатулку, где лежали какие-то безделушки, я высыпала содержимое и положила туда букашку. Она завозилась, заскрипела механическими ножками, после чего наступила тишина.

Глава 8.