Губитель женщин

– Тебе же самой они нравятся, глупышка, – сказала Каллиопа. – Может быть, после статуй и мумий мы успеем еще зайти в кафе через дорогу и съесть мороженое.

Радостно улыбаясь в предвкушении мертвых египтян и сладкого, Хори в очередной раз принялась зарисовывать свою любимую статую – лошадь, запряженную в фаэтон Луны, уставшую после трудного путешествия по небесам. А Каллиопа и Клио отошли к стене, где на бордюре был изображен праздник в честь Афины – Панафинеи. Здесь за массивной статуей Тезея и самой богини было спокойнее.

Каллиопа смотрела на вереницу дев в хитонах с сосудами вина и благовоний в дар богине. Расставлены они были не очень удачно, зал маловат и плохо освещен, стены темные. Но Каллиопа всегда получала удовольствие, разглядывая их, упиваясь классической красотой сцены. А сегодня приглушенный свет ее даже устраивал, он скрывал следы бессонницы на ее лице.

– Я назначила на завтра очередное заседание общества, – объявила Каллиопа.

Клио, не отрывая глаз от первой фигуры в процессии – высоко поднимавшей курильницу, – опустила вниз уголки губ.

– Опять? Мы же договорились встречаться раз в неделю.

– Дело срочное. Приближается бал у герцога Авертона. Мы должны приготовиться к тому, что может на нем случиться.

– Ты до сих пор веришь, что кое-кто собирается украсть Алебастровую Богиню?

– Я… не вполне уверена. Потому и считаю, что следует быть готовыми ко всему. Или ни к чему. Бал может пройти вполне мирно, а статуя остаться на месте…

– Но она не останется на месте, – прошептала Клио, стискивая сложенный зонтик, и Каллиопа на миг испугалась, что она махнет им, пронзив какого-нибудь зазевавшегося посетителя музея.

 – Авертон намеревался отправить ее в свой угрюмый Йоркширский замок, где ее уже никто никогда не увидит. Что за мерзкий эгоист! Ты считаешь, что для бедной Артемиды такая участь лучше, чем попасть в руки Вора Лилии?

Каллиопа прикусила губу.

– Его поделом зовут Алчным Герцогом, и мне он нравится не больше, чем тебе. Он человек… странный.

Но так мы, по крайней мере, будем знать, где статуя находится, и однажды она попадет в музей или к истинному любителю древностей. А если ее заберет Вор Лилии, она пропадет навсегда! И больше никто о ней ничего не услышит.

– Честное слово, Кэл, я тебя, конечно, очень люблю, но иногда ты ничего не понимаешь! – Сердито размахивая зонтом, Клио отошла от сестры, оставив ее в одиночестве.

Каллиопа снова посмотрела на процессию, пытаясь успокоиться.