Я запрещаю этому быть на Земле

А здесь это социальное явление, рабство в своём древнем отжившем значении слова. И Заноза тоже не специалист по рабству, поэтому её громкое заявление легко оспорят.

Но почему Шеломин обратился именно ко мне? Не к экспертам по рабству, ко мне, к журналисту? Значит, Шеломину от меня нужны не экспертные доказательства, а привлечение общественного внимания к этой миссии. Очевидно, ему нужно, что бы я в очередной раз устроила утечку информации, обнародовала замалчиваемые факты, выдвинула другие не менее громкие заявления.

Ему зачем-то нужно привлечь внимание к нашей миссии. Не дать замолчать и проигнорировать заявление Занозы. Если мне удастся раздуть из этого международный скандал, Союз Миров вынужден будет прислать своих экспертов для изучения ситуации на этой планете. Вот чего он добивается. А если рабства нет? Мы поднимем всех на уши, заставим специалистов как минимум ста восьмидесяти миров прилететь сюда и досконально изучить ситуацию, а они ничего не обнаружат. И как мы будем выглядеть после этого? Речь идёт о репутации человечества как полноправного члена Союза Миров. Наше возвращение на уровень управления галактикой и так не всем по вкусу. В том числе, нашим партнерам по этой миссии.

Ладно, не всё так плохо. Я журналист. Я солдат информационной войны. Моё дело обнаружить поломку вселенной и осведомить об этом остальных, тех, кто сможет её починить. И, к счастью, у меня есть приблизительный список критериев, что бы опознать подходят ли обнаруженные Занозой факты под признаки рабства.

С этого и начнём.

2 день на станции

Особенности вкусов хозяйки

Звонкий голос Флоренс возвестил, что я столкнусь с ней за ближайшим поворотом. Капитан увлечённо наводила порядок на станции. Естественно, руками подчиненных.

– Подожди мил друг. Ты мне два дня назад говорил, что это исправишь, – звонко разнесся по коридорам голос Флоренс, с которым никакое звукопоглощающее покрытие не справлялось.

– Да все работает! Там нечего исправлять.

– А что это за потек тогда? Не должно такого быть на моей станции.

– Это смазка подтекает. Это на работоспособность никак не влияет, – возразил он.

– Это на мою работоспособность влияет! – возразила Флоренс. – Что за бардак ты устроил на моей станции?

– Это просто смазка. Это не опасно.

– Это будет опасно для тебя. Если я и завтра это увижу. Никаких пятен и потеков на моей станции! Что бы все исправил.

Борис вздохнул, недовольно покачав головой.