Дитя трёх стихий. Щит истинной любви.

Мы неловко обнялись. Мирин живот был значительно больше моего, и о том, чтобы сжать друг друга в объятиях, даже речи не могло быть.

– Мира, я так соскучилась.

– Я тоже.

Я огляделась:

– Твоя спутница ушла? Кто она?

Мира смутилась и отвела взгляд.

Я с удивлением на неё посмотрела, а она, по-прежнему глядя мимо меня, решительно сжала губы и ответила:

– Одна из наложниц Вихо, – и тут же торопливо, словно оправдываясь, добавила. – Ну надо же мне с кем-то было разговаривать. Здесь нет других женщин. Либо наложницы, либо служанки.

Я растерянно кивнула, не зная, что ответить.

– Ты думаешь о ревности? – Мира первой нарушила молчание.

– Н-не совсем, – соврала я и поспешила перевести разговор. – У меня для общения была Лера.

Наверное, в глазах моих появилось что-то вроде жалости, потому что Мира гордо выпрямилась, и в её взгляде появился вызов.

– Жизнь разная, Лисса, – ровным голосом сказала сестра. – То, что тебе кажется ужасным, для меня стало благом.

– О чём ты?

Мира колебалась, но потом решительно сказала:

– Близость с Вихо ужасна.

После того, как у меня появилось это, – она коснулась своего живота, – он ко мне не прикасался. И я рада, что у него достаточное количество наложниц, благодаря которым он обо мне не вспоминает. А с одной из них, которую ты только что видела, есть о чём поговорить.

– Он бил тебя?

Мира покачала головой.

– Один раз замахнулся, но я поставила воздушный щит. Он мог его пробить. Но я предупредила, что, если он меня хоть раз ударит, я уйду к Асхару.

Он разозлился, и наказал меня… по-своему. Потребовал выполнения супружеского долга. Отказать мужу я не могла. Несколько дней и ночей он ломал меня. Но, помнишь притчу про умную лягушку? Лучшее средство против ящера…

– Замереть и не двигаться.

– Верно. Я быстро ему надоела. И теперь он вспоминает обо мне только во время официальных встреч.

– Прости, Мира.

– За что? За то, что ты счастлива в браке, а я нет? – сестра взяла меня за руку и развернула к себе. – Значит, Асхару так угодно.

Не вздумай жалеть меня и не хнычь.

– Я не…

Но Мира протянула руку и стёрла слезинку с моей щеки.

– Всё могло быть хуже. Теперь ты понимаешь, почему я очень хорошо отношусь к его наложницам?

Я кивнула, чувствуя ком в горле.

Мы шли по берегу озера, в центре которого возвышался храм Желтого Дракона. Диковинное сооружение.

– Я всё думаю, на чём он держится, – неожиданно сказала Мира. – Такое ощущение, словно храм стоит прямо на воде.