Дитя трёх стихий. Щит истинной любви.

Ну да, я красивая, не первый раз слышу это от своего мужа, но всё равно реакция неожиданная. Мне становится интересно, что со мной сделали Алита и её помощницы, пока я думала о чём угодно, только не о подготовке к ужину. Нужно хоть в зеркало на себя посмотреть.

В отражении я вижу кого-то вроде озёрной феи из сказки. На эту ассоциацию наводит и цвет платья, мой любимый нежно-розовый, как перья флао. Белые пряди волос расчесаны и закручены крупными локонами. Ну а, в общем, я придирчиво изучаю своё лицо, я такая же, как всегда.

Только обёртка роскошная. Я касаюсь подушечками пальцев нежного шатзийского шёлка. Кажется, я успела забыть, как приятны на ощупь дорогие ткани за те несколько месяцев, пока мы путешествовали по окраинам.

За спиной моего отражения вырастает широкоплечая мощная фигура Роу. На его фоне я смотрюсь невесомым розовым облачком.

– Ты сама сейчас похожа на своих любимых флао, – тихо выдыхает над моей макушкой муж. – Такая же изящная, тонкая.

Это с моей-то исчезнувшей талией. Вот льстец.

– Тех самых, которым ваши шаманы любят выдёргивать перья для своих магических ритуалов? – ехидно спрашиваю я.

В глазах Роу появляется удивление, а потом он разражается хохотом, вспомнив, как подшучивал надо мной на озере в Хорнии во время одной из наших первых встреч.

Роу повел меня не по длинным коридорам вдоль всей стены крепости, а напрямую через сад, мимо Храма Асхара. Почему-то мне думается, что не потому, что так быстрее, а чтобы собрать дань с подданных в виде этого самого восхищения.

В вечернее время людей на дорожках больше, чем обычно. И, естественно, в основном, это мужчины.

Всё-таки Чампия это не Хорния, женщин здесь мало. Из-за проклятия Асхара девочки на этих землях не рождаются. Поэтому чампы и стали тем, чем стали в сказаниях всех граничащих с ними стран, – чудовищами, похищающими женщин и увозящими их в свои суровые земли. Но, как я поняла, был и ещё один путь появления здесь девушек – торговцы живым товаром всегда не прочь подзаработать там, где есть спрос.

Как с той женщиной, Вийей. Мне запомнился разговор на башне о том, что она с невольничьего рынка. Но как бы там ни было, и у привезенных из рейдов, и у рабынь, и у тех, кто, как мы, приехали сюда добровольно, всё равно рождались только мальчики.

Так что глазели на меня откровенно до неприличия.

Первые пару минут я даже засмущалась.