Истинная для дракона. Меч трёх стихий

Девушка закусывает нижнюю губку, но тут же её лицо озаряется милой улыбкой.

– Хорошо, но помни, ты обещал, – и направляется первая в ту сторону, куда собирался Рэй. Так что получается, что он вынужден некоторое идти за ней и созерцать, как плавно покачиваются её бёдра.

«Соблазнительная штучка, – урчит дракон. – Может, нам стоит её перед дорогой помять немного?»

– Сдурел?

– Ты что-то сказал? – Алана с готовностью оборачивается.

– Э-э-э, нет, тебе показалось.

Девушка смотрит ему в глаза долгим взглядом.

– Ну тогда я пойду?

– Д-да, всего хорошего.

– Помни про обещание.

«Дурррак ты, ты что не видел, как она на тебя пялится, затащил бы в уголок».

Девушка сворачивает в боковое ответвление, но напоследок бросает взгляд на Рэя, облизнув кончиком розового языка губы.

– Сам дурак, – шипит Рэй, убедившись, что красотка далеко и уже не услышит его. – Она дочь высшего. Её папаша спит и видит, чтобы я её куда-нибудь затащил. А потом придётся жениться.

«Ну нет, жениться я ещё не готов, я ещё слишком молод», – разочарованно заявляет дракон.

– Я тоже. Вот если бы её смазливая мордашка принадлежала горничной…

«Ладно, сойдёмся на горничной. А что за обещание ты ей успел дать? И когда, что даже я не слышал?»

– Если честно, я не помню, чтобы что-то успел пообещать.

«Ну ничего, такая напомнит»

– Давай лучше полетаем, Ариан. В Хорнии на крыло долго не придётся вставать.

«Ну давай, хотя, если по правде, я на другое рассчитывал, вот Дерген, он, почитай, каждую ночь…»

– Может, ты заткнёшься наконец? Меня подробности личной жизни родителей не интересуют.

«А жжаль, мог бы и поучиться, ну ладно, летим уже, что с тебя взять. И не забудь, ты мне горничную обещал после полёта».

– Ты сейчас напоминаешь Алану. Ничего я тебе не обещал.

Рэй подошёл к краю башни. Через мгновение над городом воспарил дракон.

Ариан выбирал дорогу сам. Они с Рэем честно делили власть. На земле путь определял человек, в небе дракон.

А тревожили его сейчас мысли о неизвестной девчонке, которая пропала в Предгорьях Хорнии. Он сам не понимал, что именно его беспокоит, проблемы, которые может принести её брак всей Империи, или то, что эта совершенно посторонняя ему воздушница может оказаться в беде.