Хроники Престижного района

Пообещайте ещё, что меня не посадят, если я сдам всех, кого знаю. А я и не знаю никого. Предложение – в почтовом ящике. И задания там же. Я сам хожу за почтой, родители с утра, в мыле, на работу. Им некогда заглядывать в почтовый ящик.

– А деньги?

– На карточку.

– А с карточки куда?

– В общую стопку. Туда мамина зарплата, папины подработки – зарплата идёт на ипотеку. Дедушка не кладёт деньги, он их тратит на материалы. Пока пенсия не кончается, прямо из дома на строительный рынок, потом к нам.

А когда кончается, заезжает за деньгами.

Всё идёт на стройку. За два года сантехника и кухня. Сейчас мне комнату сооружают, стены выкладывают. Папа говорит, придёт опека, ну, в школе подерусь, или ещё что-нибудь. Ах, у ребёнка нет своей комнаты! Уроки делает в кухне на столе! В детдом его, в нормальные условия!

Знаем мы эти нормальные условия, в моей старой школе были ребята из детдома. Мама сказала, какой ужас! Сначала комнату мальчику, остальное подождёт!

– Ты меня не разжалобишь.

Я вырос в коммуналке, двенадцать семей. Какие уроки на кухне! В туалет очередь. А ты, бедненький, без своей комнаты! Ты преступник. А преступник должен сидеть в тюрьме, даже малолетний. Есть, для малолетних. С тобой всё ясно. Хотя, что пришёл сам, чтобы Олю не посадили, молодец, уважаю. И родителей твоих уважаю. И жалко их, они всё для тебя, а ты преступник.

Спасибо, Борис Александрович. Артёма задерживаем Суд вынесет ему меру пресечения, но я не думаю, что его выпустят до суда.

Перевоз наркотиков – тяжкое преступление.

Отец молча смотрел на Артёма, будто видел его впервые. Потом вышел, не попрощавшись ни с ним, ни с Денисом.

Денис нажал кнопку:

– Увести!

Позвонил в Следственный изолятор:

– Ковалёв говорит, из Отдела по контролю над оборотом наркотиков. Сейчас к вам мальчика привезут. Поместите в одиночку, пожалуйста, нечего ему делать с мужиками.

– Понятно, но нет пока свободных. Только карцер.

– Ну, пусть карцер, но не надолго, он ребёнок же!

– Сделаем, Денис Иванович, я понимаю.

Глава 9

Москва, 2011 г.

Коридор был длинный, с поворотами, и сопровождающий командовал:

– Направо… налево… лицом к стене. Заходи!

Открыл тяжёлую дверь, и Артём оказался в тесной камере без окна, с тусклой лампочкой под потолком. Дверь захлопнулась. И вся его бравада словно осталась за дверью. Ему хотелось кричать:

– Выпустите меня! Я на это не подписывался!

Сжал зубы.