Несмотря на время

Мне так хорошо, впервые за сутки я чувствую спокойствие. Мне хочется остаться тут навсегда. Слышу, как размеренно бьётся его сердце, и закрываю глаза. Я до безумия люблю этого парня, но могу ли я пожертвовать своей семьёй ради него? Меня разрывает на части, и я не знаю, как поступить, что выбрать и какой выбор будет правильным. Кажется, что здесь нет правильного решения, и любой шаг понесёт за собой крах.

– Останься, но обещай, что приедешь, – шепчет Кэм, поглаживая мои волосы. Его голос проникает глубоко внутрь меня, задевая самые чувствительные струны души.

– Я не знаю…

– Всё будет хорошо, они справятся.

– Ты не можешь знать наверняка, никто не может. Тебе не понять, как болит всё внутри. Я не думаю, что эта рана может затянуться так быстро, – я отстраняюсь от него, и мой взгляд падает на его безымянный палец. Тату такая же, как у меня, обручальное кольцо нашей любви. Мы поклялись, что будем вместе. Но иногда у судьбы свои планы на нас. Иногда мы просто не имеем право выбора.

– Я не знаю, каково тебе, но я хочу облегчить твою боль.

Если бы я только мог, я забрал бы всю твою боль и скорбь. Но я не хочу, чтобы ты ставила крест на себе и на нашей любви. Мы справимся со всем, я обещаю тебе.

Он берёт мои руки в свои, глядя на меня любящим взглядом. И я таю, знаю, что ступаю в пропасть, но сейчас я не могу сказать «нет».

– Хорошо, давай попробуем.

Лицо Кэмерона тут же озаряется улыбкой, и он целует меня в губы так, словно делает это впервые после долгой разлуки. А я наслаждаюсь этой небольшой передышкой.

Моё серое небо снова озарилось маленьким лучиком света.

Наши дни

Джиллиан

Встряхиваю головой и смотрю в зеркало, поправляя макияж. Взгляд снова падает на чёрные ворота, и я тяжело вздыхаю. Я делаю это уже семь лет подряд, но каждый раз для меня как первый. Хватаю букет цветов и выхожу из машины. Твёрдыми решительными шагами ступаю по мощённой камнем дорожке. Здесь так тихо, что становится не по себе. Тихий прохладный ветерок гуляет в листве могучих деревьев, шелестя листьями.

Вижу вдалеке могилу своей матери, возле которой растут пышные кусты с плотными бутонами белых роз. У надгробия лежат несколько букетов с маргаритками, немного завядших и один свежий, почти такой же, как у меня. Может, Лиз заходила сюда ночью? Нужно будет спросить у неё. Кладу свой букет к остальным и присаживаюсь на небольшую скамеечку. «Беатрис Морано – любимая жена и мама» гласит эпитафия. Провожу рукой по холодной поверхности и закрываю глаза.