Мерцание зеркал старинных. Наташа – рождение яркой кометы

– Вот! Это то, что нужно!

Обтягивающие черные брюки, бежевый корсет и изумрудное платье, которое и платьем-то кажется только сзади. Из-под длинных рукавов свисают воланы кружев, спереди на поясе пряжка.

Я быстро облачилась, надела новые черные ботфорты, волосы подвязала черной бархатной лентой с бантом. Придирчиво осмотрев себя в зеркале, осталась довольна. Прыгая через две ступеньки, сбежала вниз. Отец уже собирался выходить, надевал треуголку. Я решила опередить его и быстро юркнула во входные двери.

Во дворе стояла запряженная коляска, на облучке томился кучер. Увидев меня, быстро выбегающую на улицу, отец поспешил следом:

– Наташа, куда ты собралась?

– Папа, я еду с тобой!

Отец от неожиданности всплеснул руками.

– Да что ж за девка такая неугомонная? Не придумывай! – пытался он увещевать меня, переходя на бег. – Там одни деревенские мужики! Для высокородной барышни ничего интересного.

– А я вовсе не высокородная, папа. Граф же не признает меня своей дочерью, значит, мне можно… – смеялась я, видя, как отец пытается меня отговорить.

– Наташа, – схватил он меня за руку в последней попытке остановить, – они мужики, солдафоны, их набрали непонятно откуда. Нечего, нечего приличной барышне там делать! Ты думаешь, мне охота туда ехать? Вот еще… Ох, Наташка, я сам эту затею не одобряю… Мне, старому вояке, смотреть противно. Императрица тешится, игрушку себе придумала – полк гренадерский. Сама полковником стала, в офицерский мундир рядится! Должность эта… Понимаешь, Наташа, это приказ императрицы.

Даже не твоего отца, графа. Ему-то я рискнул бы не подчиниться. А так ведь ослушаться не могу – обязан ехать и заниматься чёрт-те чем!

– Да?.. А я думала, тебе нравится новая должность…

– Да какой там «нравится»… Сколько войн я прошел и всегда знал, что за родину сражаюсь, а сейчас что?.. Не понимаю, зачем весь этот блеск, фрунт, этот полк, будь он неладен. Перед кем красуемся? Зачем столько шуму? Странно мне это…

– Папочка, ну пожалуйста, я очень хочу посмотреть! Все только об этом и говорят! Нам мадам в пансионе рассказывала, что лучшие из этих солдат придут к нам на выпускной бал.

А сначала будут приходить танцевать с нами, репетировать, готовиться.

– Отстань, Наташка, до твоего выпуска дожить надо. Еще одна такая твоя выходка, и не дотяну я. Даже слушать тебя не хочу, – сказал отец твердо.

Папа решительно отстранил меня и сел в коляску.