Мерцание зеркал старинных. Странная любовь

Смешная девочка… Но, хочу заметить, несмотря на свою «стеснительность», вещи она выбирала очень уверенно и не отказалась ни от чего, что было ей предложено – ни от изысканных аксессуаров, ни от разнообразной обуви.

Я была во Франции законодательницей мод, дамы старались подражать мне, потому о несоблюдении этикета не могло быть и речи. В новом платье я могла появиться лишь один раз. Повторение наряда было бы признаком дурного тона, а некоторые не надевались мною никогда… Веера, смею вас заверить, Натали выбрала самые лучшие, ею были отложены великолепные ткани и платья.

Я улыбалась, смотря, как тщательно она отбирает подарки, и даже, скажу вам, помогала ей в этом:

– Вот этот наряд, Наташа, безупречно подойдет к твоим глазам!

Меня забавляло и радовало, как она с опаской озиралась, боясь, что я ее остановлю, но я лишь улыбалась и подбадривала ее взглядом. После этого она степенно, никуда не торопясь, шла вдоль длинных шкафов. Складывалось впечатление, что Наташа привыкла к такой роскоши.

О, конечно, она остановилась у столика, где стояли духи. Сразу было видно, что это ее слабость. Запахи, их было множество, миллионы, витали в стенах моего дворца. Ей оказался интересен каждый. Она задавала вопросы, а я показывала красивые флаконы, один за другим.

– Натали, вот духи под названием La Fleur d’Oranger, в них тонко сочетаются мои любимые ноты цветов апельсина, фиалки, розы, нарцисса, ванили, муската, ириса и жасмина. Куда бы ты ни пошла, за тобой потянется изысканный шлейф незабываемого аромата…

Она приняла в дар всё самое лучшее.

Понадобилась помощь четырех слуг, чтобы донести эти сокровища до ее покоев.

Разложив полученные дары по всей комнате, она радостно захлопала в ладоши, как тогда, в детстве. Это вызвало у меня улыбку умиления: я так хотела ее порадовать, мне было ничего не жалко для этого прекрасного создания.

– Натали, я распоряжусь, чтобы тебе приготовили такую же ванну, как мне. Я забочусь о коже не меньше, чем о нарядах. Хочу открыть тебе маленький секрет.

Прибыв во Францию, я была крайне удивлена тем, как французы относятся к своему телу. Некоторые считали греховным мыться, чтобы не смыть с себя святую крещенскую воду, но при этом, рardon, воняли как черти. А чтобы не пахнуть так дурно, поливали себя парфюмом. Боже, от этого они смердели еще страшнее. У моей матушки Марии Терезии были другие порядки: меня с детства приучили к чистоте. И потому, прибыв сюда, я попыталась многое изменить.