Мерцание зеркал старинных. Странная любовь

– А что тебе не нравится? Зато заблудиться невозможно, – отшутилась я.

– Так ведь и спрятаться негде.

– А зачем тебе прятаться? От кого?

– Ну откуда ты знаешь, что я задумала?

– А что ты задумала? – не поняла я. – Ой, Натали, я прошу тебя…

Меня как раз отпускала эйфория от выпитого шампанского, голова тяжелела, и я туговато соображала.

– Эй, кучер! – крикнула она по-русски. – Притормози, барышни в туалет хотят.

Кучер, не поняв ни единого слова, поглядел на Натали, потом на меня и поехал дальше.

– Ну что вылупился? Облегчиться хочу! Тормози! – заговорила она по-французски.

Кучер вновь в недоумении посмотрел на меня. Я дала согласие, и наш экипаж остановился. Натали обогнула карету, посмотрела вправо, влево и скомандовала:

– А ну пошли отсюда! Пошли! Пошли! Чего смотрите? Пешком идите – обратно в Версаль. Я сама королеву повезу!

Они сделали круглые глаза и смотрели на нее, как на безумную. Но я вновь выразила согласие. Они нехотя покинули свои места: ослушаться королеву им даже в голову не пришло.

– Лошадей-то у тебя сколько, Антуанетта! И какие замечательные, просто загляденье!

Тут она, залихватски свистнув, вскочила на место кучера и, ловко управляя упряжкой, пустила лошадей во весь опор:

– А ну-ка, проверим, насколько ровное то поле, о котором ты говоришь. Неужели ни единой кочки? Даже пня, за который можно зацепиться? Такие колеса огромные, любую кочку проедем! А ну, пошли, залетные! Пошли!

Охранники и кучер во весь опор бежали за нами, но догнать не могли.

– Что?! Что?! – кричала я из кареты. – Залетные… что такое «залетные»? Наташа, остановись! Что ты делаешь, мы разобьемся!

Я уже кляла себя, что так опрометчиво ее послушалась.

– Не дрейфь, королева! Проедем! А ну, пошли! Пошли, залетные! Давай! Шестерка лошадей, а так тащится! Тьфу! У-у-у! Не сравниться вам с нашими рысаками. Ох, королева, знала бы раньше, я бы тебе жеребенка отправила.

И она направила нашу карету прямо в поле – в никуда. Мы совершенно сбились с пути и уже потеряли Версаль из виду. Мы не ехали в Париж, а неслись куда-то в неизвестность. Это так напугало меня, что я даже хотела выскочить на скаку, но, выглянув, увидела, как бешено крутятся колеса моей кареты, в страхе захлопнула дверь и вжалась в угол.