Мерцание зеркал старинных. Глаза судьбы

Как мне вернуться в состояние бабочки и снова начать порхать по жизни?»

Картинка в зеркале начала расплываться, но я продолжала в него смотреть, слабо надеясь на чудодейственные изменения, и не заметила, как дверь тихонько отворилась. Надин, подойдя, тронула меня за плечо:

– Наташа, что с тобой происходит? Посмотри, у тебя сейчас морщины появятся от напряжения. Стоишь как каменная. Ну же, двигайся! Ты лучше всех нас танцевала. Где твоя грация, где…

Не дав ей договорить, я ужаснулась и вскрикнула:

– А где всё мое? Где мои платья, почему я стою перед тобой в каких-то отрепьях? Где блеск моих волос?! – я повернулась к зеркалу и продолжала, – где блеск моих глаз?! Надин, ты можешь мне это сказать?!

Под моим напором Надин подалась назад и, недоуменно хлопая глазами, пролепетала:

– Наташа, наверное, только ты можешь ответить на все эти вопросы.

Я жду твоего рассказа. Что с тобою случилось? Ты так внезапно пропала, что в обществе возникло множество кривотолков. Даже не представляешь, что здесь без тебя происходило! Мы искали тебя с твоим папенькой, я лично объехала все дома, где ты могла бы находиться… Можешь ты мне наконец рассказать, где была всё это время?

Ее слова сильно меня удивили:

– Ты, домашняя девочка, которая боялась одна выехать в город, искала меня? Я же всегда звала тебя с собой, но ты отказывалась! Надо было тебе поехать со мной…

Надин очень внимательно всматривалась в мое лицо и, отстранившись, спросила:

– Зачем?! Чтобы сейчас стоять с такими же глазами, как у тебя, и с такими же тусклыми, как пакля, волосами? Носить такую же дерюгу, в какую ты сейчас одета? Не-е-ет! Я не хочу! Мне кажется, что с тобой приключилось что-то очень страшное и ты боишься мне обо всём поведать… Не бойся, я тебя пожалею.

Ее слова задели меня за живое. Обозлившись, я бросила на нее гневный взгляд, и Надин, не выдержав его, отпрянула.

– Не нужна мне твоя жалость! На что она мне сдалась? Ты кого жалеть-то собралась, посмотри лучше на себя, кукла размалеванная.

Не беспокойся, со мной всё хорошо!

Я видела, что Надин тоже горячится: ее нижняя губа затряслась, голос стал настойчивым:

– То-то я и смотрю, очень даже хорошо: обзавидуешься, глядючи! Поверь, кроме жалости, ты не вызываешь никаких чувств. Правда!

Я больше ничего не хотела слышать. Ее слова словно хлыстом ударили меня, я развернулась и выбежала из гостиной. Влетев в свою комнату, закрыла дверь на ключ. Отдышавшись, обреченно обвела интерьер взглядом.