Амплитуда волшебства

Но во вторник после бессонной ночи не удержался и залил в себя по дороге на работу огромный безвкусный стакан, наполовину состоявший из ненавистной молочной пены. Все урны остались далеко позади, и чтобы попасть в Институт, пришлось задержаться у вертушки, придерживая стакан зубами в поисках пропуска.

– Что, заставил Наполеона отступить? – Лизавета Санна не могла не воспользоваться шансом. – Все ждешь своего Бородино?

Игорь похлопал себя по карманам. Пропуск, словно лестница в замке Хогвартс, постоянно менял свое местоположение, а стаканчик, зажатый в зубах, мешал обзору.

Наконец, искомый кусок пластика отыскался во внутреннем кармане пиджака между паспортом и блокнотом.

– Оставляю Москву на сжигание, – буркнул он вахтерше, проходя через вертушку. – Бородина не будет.

– То-то гляжу он в столицу укатил, голубь сизокрылый. Марьяна сама не своя мечется, в восемь утра уже прицокала. Носится по отделам, порядок наводит. Говорят, поехал грант выбивать.

Игорь только рукой махнул, не дослушав, и взбежал по лестнице, перепрыгивая через две ступени.

Накануне Лодин и словом не обмолвился о командировке; после ухода студентов он плавно соскочил с разговора в обычной манере, сославшись на занятость. Поездка в Москву могла означать грант – но Игорь не сомневался, что вездесущий Дмитрий Аристархович попытается решить за один визит максимальное количество проблем. Поразмыслив секунду, он преодолел еще один лестничный пролет, заглянул в мужскую уборную, где избавился от проклятого стаканчика, и через пару минут уже стучался в двойные бронированные двери кабинета начальника отдела разработки.

Дверь открыла Марьяна – в прошлом неглупая практикантка, низведенная Лодиным до статуса секретарши, и упорно делавшая вид, будто гордится подобной близостью к «великому человеку». Она действительно носила очень высокие каблуки и стильные брючные костюмы, но никак не могла избавиться от затравленного бегающего взгляда.

– Игорь Михайлович? – Марьяна удивленно моргнула, потом вспомнила, что когда-то давно они уже переходили с ним на ты. – То есть…

– Доброе утро, Марьяна, – Руничев искренне улыбнулся. – Можно?

Секретарша растерялась и пропустила его в приемную, и только когда Игорь закрыл за собой дверь, всплеснула руками.

– Ой, Его же нет… то есть Дмитрий Аристархович в командировке. У тебя что-то срочное? Может, кофе?

Она потерянно огляделась.