Амплитуда волшебства

А с текущей твоей задачей…

Глаза сидевшего напротив Лодина блеснули и тут же потухли. Игорь Михайлович вежливо кивнул.

– Непременно подумаю, Эдуард Иванович. Можно идти?

Главный инженер открыл было рот, но передумал и махнул рукой. Заскрежетали по старому паркету ножки стульев, зашуршали бумаги. Начальники отделов нестройной толпой вывалились в коридор, старательно делая вид, будто крики Тамары Павловны – это всего лишь радио.

– Ты аккуратнее с ним, экспериментатор, – бросил Руничеву, проходя мимо, ведущий программист.

 – Скоро шах и мат объявит, готовься.

– Знаю, Марат, спасибо, – еле слышно ответил Игорь в спину однокашнику.

Он постарался придать голосу уверенности, но себя не обманешь. Против Лодина еще никто не устоял – не устоит и его отдел, съежившийся до четырех человек. Как и конструкторов, их принудительно добавят к отделу разработки – это только вопрос времени. Тогда Лодин получит доступ ко всему, над чем Руничев работал последние полтора года с момента открытия метафизических волн.

Пришла пора сжигать за спиной мосты.

Добравшись до отдела, Игорь закрыл дверь и устало прислонился к шершавой, помнившей с десяток его предшественников панели. Отчаянно хотелось курить, но полгода назад с пагубной привычкой пришлось расстаться: тогда еще макетный образец монитора реагировал на табачные пары, даже едва заметные, резким скачком в измерениях. Гладкие синусоиды уходили в немыслимые шумы, сводя с ума и сотрудников, и осциллографы. После этого Руничев запретил курение в течение рабочего дня для всех подчиненных, включая себя, потеряв на этом Катю и Володю.

Те, кто остались, не курили – и сейчас, оторвавшись от расчетов, одновременно подняли головы, почуяв недоброе.

– Пока отбился, – махнул рукой Игорь, ставя кружку рядом с кофеваркой. – Но дело пахнет керосином.

Конструктор Миша только пожал плечами и снова взялся за паяльник. С уходом схемотехника Володи на его плечи лег основной труд по внесению изменений не только в чертежи, но и в разводку плат – по счастью, пока их в прототипе было всего две.

Герман – программист – кивнул в такт собственным мыслям. Игорь знал – Герман, как и он, не станет прогибаться под Лодина, его в любой коммерческой конторе оторвут с руками. Просто уволиться – и все дела. Немного утешал тот факт, что в отделе разработки немногие смогут разобраться в написанном Германом коде – по крайней мере, на это уйдет порядочное количество времени.