Четыре кита, или Право выбора

Пятиэтажки тесно соседствовали с деревянными развалюшками, по городу курсировал автобус под номером «1», школы испытывали дефицит старшеклассников, а в местную больницу обращались в основном только мамочки с детьми и пенсионеры.

Мать Анжелики владела искусством врачевания, знала множество заговоров, помогала при родах и звалась в народе «знахаркой», а в свободное от ворожбы время драила коридоры местной больницы. Она не являлась уроженкой этого города, а откуда она приехала и когда, никто не знал. В ее паспорте значилось «Вавилова Анна Иоанновна», но еще с юных лет Анне претило слыть тезкой взбалмошной и жестокой царицы, а потому она предпочитала, чтобы к ней обращались по имени, и только в крайнем случае величали Анной Ивановной.

Особо любопытным известно было, что дом, в котором она жила, достался ей в наследство от прабабки. Относились к ней двояко: боялись, презирали, уважали, или просто сторонись, но при первой необходимости бежали к ней, так как народ, даже весьма просвещенный и прогрессивный, никогда не расстанется с первобытным страхом перед потусторонними силами так же, как и с неистребимой тягой к ним.

Анжелике от матери перешел ее дар и людское отчуждение. Первый ее опыт общения со сверстниками случился ещё в школе. Поначалу дни летели, как обычно, Знакомства, уроки, переменки. Первоклашки не особо задумывались над тем, у кого какие родители, пока мама одного из Ликиных одноклассников не послала мальчишку за знахаркой, потому как его старшая сестра подозрительно занедужила.

Обнаружив, что Лика является дочерью «знахарки», мальчишка удивился и задумался, а потом, в школе, спросил:

– Лика, а ты лягушек ешь?

– А зачем? – поинтересовалась девчушка.

– Ну как же, все ведьмы едят лягушек и варят крысиные хвосты. А еще заводят жаб вместо кошек и целуются с ними!

– А я вовсе и не ведьма!

– А вот и ведьма! И твоя мама ведьма!

– А ты дурак!

А ты жаба!

И понеслось. Известно, что дети бывают жестоки. Они плохо понимают, как больно может ранить слово, и уж конечно не отдают себе отчета в том, какое разрушительное действие оказывают систематические издевки на психику маленького человека, ведь все наши мании, фобии и комплексы шлейфом тянутся за нами из нашего нежного детства.

Лика оказалась подходящей жертвой для психологической экзекуции. Она слишком ярко реагировала на оскорбления мальчишки и примкнувших к нему последователей. Ее слезы и слабые ответные выпады забавляли ребят, и они продолжали развлекаться.