Сказочница

 – Побыстрее!

При мысли о том, что обтянутый брюками жирный Шуриков зад торчит на всеобщее обозрение в коридоре, зубы свело болью.

Шурики ввалились в кабинет, который внезапно стал невероятно тесен. Оба носили одинаковые черные пиджаки и вельветовые брюки, делавшие их фигуры еще более нескладными. Шурик номер два держал в руках небольшой пакетик, а номер один – сложенную рулоном газету «Комсомольская правда». Маэстро машинально отвернул кульман к стене, хотя практического смысла в этом не было никакого.

Вряд ли визитеры знали, что это предмет, а не еврейская фамилия.

– Ну что?

– Хату проверили. Бабская хата, ничего особенного.

Маэстро вздохнул. Ровно как он и подозревал.

– Шмотки, цацки, журналы эти везде… – Шурик номер один запнулся. – Гламуровые, вот. Хахаля вроде не водит.

– Холодильник пустой, – добавил Шурик номер два.

Маэстро быстро протянул первому конверт, который мгновенно исчез в широком кармане помятого пиджака.

– Спасибо, ребятушки, – Маэстро кивнул и встал у окна. – Дело, конечно, того не стоило, но все равно спасибо. С сумочкой не выгорело, я уже понял. Жаль, жаль…

Он поцокал языком.

Шурики молчали, потом номер один забрал у второго пакет.

– Мы еще в мусоре пошарили, – Маэстро скривился. – Нашли вот. Может, что важное.

Что можно выудить из мусора в квартире пригламуреной дуры? Маэстро на мгновение вскинул глаза к потолку.

Из пакета Шурик достал второй пакет, прозрачный – и в нем болталось что-то мокрое, похожее на детскую игрушку, но определенно биологического происхождения.

Ярко-фиолетового цвета с шипами.

Маэстро стало нехорошо. Шурики, не дожидаясь его реакции, положили на стол газету и развернули, явив взгляду профессора скомканный исписанный лист бумаги. Маэстро осторожно, двумя пальцами развернул листок и начал читать.

– Оставьте… – прошептал он. – Идите, идите. И это…

Неужели свершилось? Он боялся произнести свою мысль вслух, поэтому выбрал обходной путь.

– Проследите за ней. Обычная такса. Адрес знаете.

Шурики синхронно кивнули и скрылись за дверью. Задавать вопросы они не любили и занимались этим, только когда вознаграждение казалось недостаточным.

Маэстро завернул пакет в газету и торопливо вышел.