Дом, которого нет

С чего он вообще взял, что это именно тот самый дом, может, у Земли за годы набежала погрешность в оборотах, или… от чего там зависит точность посадки… Где гарантия, что это не соседний участок, не другая деревня, или вообще может быть иная область нашей необъятной страны. Лидия наберётся смелости, постучит в окно, ей откроют нуждающиеся люди сороковых, она одарит их, представившись Феей – защитницей обездоленных, и благополучно смоется, а Стас пополнит лабораторный дневник продолжением опыта.

Рука нерешительно коснулась стекла: тук-тук-тук.

Кто-то приоткрыл занавеску – слишком быстро, чтобы проснуться, встать с кровати и подойти, этот кто-то видимо уже там стоял, потому что его настороженное ухо давно уловило оглушающий на фоне гробового затишья скрип – чутьё говорило, что за стеной снаружи притаились.

Тот, кто прятался за шторкой остерегался не меньше Лидии, но сразу отреагировал на стук:

– Чего надо?

Это был голос бабушки, пусть молодой, но никакие иные годы не изменят ту интонацию, с которой она всегда произносила знаменитое «чего надо» стоя у двери.

Этот голос близкие не слышали вот уже девятнадцать лет, но в памяти он остался. До сих пор по семье гуляли крылатые бабушкины выражения в её особенной интонации: «а вот и вы!», «палец о палец не ударют», «наварнакали сикось-накось и сидят-посиживают». От этого голоса у Лидии в груди сковало, ноги затряслись, она не верила до последнего, что услышит или увидит близких из прошлого. Ей вспомнился спиритический сеанс по вызыванию духов, который они проводили, будучи подростками, но как бы не старались, какие только вопросы не посылали в пространство пыльного чердака, ничьих голосов умерших предков так и не услышали.

Из-за поспешных сборов без подготовки Лидия не продумала сценарий встречи, действовать придётся на ходу, экспромтом.

Неразумно было бы, пока тебя не впустили, представляться внучкой, тем более неразумно было бы назваться посторонним человеком – проходимцем, забредшим среди ночи чего-то спросить или попросить.

Лидия вспомнила, как близкие обращались к бабушке уменьшительно – Еня. Не Женя, не Евгения, а именно Еня.

– Еня, Ень, открой! – сказала она.

Занавеска тут же опустилась, внутри дома протяжно скрипнули дверные петли, шаги приблизились к входной двери, ведущей во двор. Лидия привалила сумку к маленькому порогу и стала ждать. Откинулась щеколда, дверь слегка приоткрылась.

– Кто это?

Лидия решила действовать не мешкая.