Призрак, осыпанный снегом

Он был высокого роста, при худощавом телосложении его плечи казались непропорционально широкими. Кирилл обладал вытянутым лицом, длинным носом с горбинкой и круглыми, глубоко посаженными серыми глазами. Его узкие губы придавали ему детский наивный облик, который вызывал дружеское расположение у окружающих, а тёмно-русые волосы были подстрижены у первоклассного стилиста. Чёрная спортивная куртка с серыми надписями была тонковата для такой погоды, как и чёрные туфли, тоже в спортивном стиле.

– Печь никогда не топил? – Инга открыла зольник, посмотрела, что там внутри.

– Не приходилось.

– В сарае есть дрова и чурбачки. И топор. Ещё там есть уголь. Когда начнутся морозы, добавляй совок угля. Дрова прогорят, а он тепло подержит. Но с одного угля в доме воздух будет тяжёлым. – Она потянулась вверх. – Вот эту заслонку закрывай, когда прогорят дрова. Но главное не до конца. Ты понял?

– Понял.

– А когда соберёшься растапливать, ты её сразу открывай. – Заслонка издала пронзительный скрежет, из-под неё посыпались крошки.

 – Телевизора нет, зато есть плитка – можешь на ней готовить. Продуктов здесь тоже никаких нет. Могу предложить только лавровый лист…

– Спасибо! Я не настолько голоден.

Инга направилась к выходу и остановилась в дверях.

– Завтра привезу необходимое.

Кирилл скромно переминался на месте.

– Тебе далеко ехать? – спросил он.

– Километров тридцать.

– Будь осторожна! Спасибо тебе за всё!

Инга вышла на улицу и произнесла последнее напутствие:

– Соседям лучше не показывайся.

 – После чего закрыла за собой калитку, обратно накинув обруч.

Хлопнула дверца машины, гул её мотора растворился в шуме дождя.

Оставшись один Кирилл стал осматривать дом. Не считая сеней, он состоял из двух смежных комнат: кухни и спальни. В кухне у окна стоял обеденный стол с тремя крашенными табуретами, маленький холодильник, пустой и размороженный, и небольшая тумбочка. На стене висели шкафы с посудой.

В спальне с обеих сторон от окна расположились две железные кровати – на них была заправлена постель, а сверху накинуты простые узорчатые покрывала. У стены напротив двери возвышался громоздкий шкаф с зеркалом посередине – Кирилл заглянул внутрь: в нём лежали полотенца и простыни, и висели старые вещи. Был ещё сервант, заставленный книгами, журналами и сувенирами. Возле кроватей стояли два деревянных стула с мягкой малиновой обивкой.